— Может, мы что-то упустили? — задумалась Кира, указывая на коридор. — Поворот или скрытый вход?

Она направилась обратно к тому месту, откуда они пришли, но через несколько шагов перед её носом вспыхнул знакомый синеватый барьер — точно такой же, как энергетический купол, который они прошли раньше.

Кира резко остановилась, протянув к нему руку, и тут же отдернула её с болезненным криком. Пальцы покраснели, словно от ожога. Она обернулась в поисках того, кто активировал барьер.

Посреди пещеры стоял мужчина в строгом деловом костюме — тёмном, дорогом, точно таком же, какие носили богатые бизнесмены двадцать пять лет назад. Галстук, запонки, идеально выглаженные стрелки на брюках. Он появился из ниоткуда, словно материализовался из воздуха.

Лулет и Ян удивленно разглядывали его. Человек выглядел совершенно обычным, даже заурядным — и именно это делало его присутствие здесь особенно жутким.

Увидев, что его заметили, незнакомец широко улыбнулся и театрально раскинул руки.

— Дорогие гости! — воскликнул он с неподдельной радостью. — Как же я рад вас видеть!

Голос прозвучал слишком громко, отдаваясь странным эхом от куполообразного потолка. Широкая улыбка, почти до ушей, выглядела зловеще.

Ян инстинктивно отодвинул Лулет назад, прикрывая её собой. Кира тоже подошла ближе к ним, настороженно изучая незнакомца.

Мужчина был среднего роста, аккуратно подстрижен, с гладко зачёсанными назад тёмными волосами. Лицо обычное, даже приятное — правильные черты, ровный загар, белозубая улыбка. Возраст определить было сложно — ему могло быть как тридцать, так и сорок лет. Но при всей своей заурядности он излучал какую-то неуловимую энергию, невидимую, но осязаемую.

А ещё у него были странные глаза. Слишком яркие и слишком живые для этого мёртвого места. И они взирали на растерявшихся людей с таким восторгом, словно он наконец-то дождался дорогих родственников на семейный праздник.

— Не нужно бояться, — продолжил мужчина, заметив их настороженность. — Я вам не враг. Скорее… — он задумался, подбирая слово, — наблюдатель. И, признаться, мне редко выпадает удовольствие пообщаться с гостями.

Он сделал шаг вперёд, и Ян невольно отступил, прикрывая Лулет.

— О, как трогательно, — заметил незнакомец с лёгкой усмешкой. — Защитный инстинкт. Хотя, должен заметить, довольно бессмысленный в данных обстоятельствах.

Его взгляд скользнул по Лулет.

— Ян, твоя спутница физически сильнее тебя в три раза. Если здесь и нужно кого-то защищать, то скорее тебя.

Лулет вздрогнула. Откуда он знал имя Яна? И откуда ему известно о физических возможностях эйкоров?

Кира молча наблюдала за мужчиной, пытаясь понять, кто он такой. В Ризане она встречала разных людей — и безумцев, и гениев, и подлецов. Но этот… Этот был другим. Слишком спокойным для безумца, слишком насмешливым для гения.

— Кто вы такой? — прямо спросила она. — И куда мы попали?

— Я? — Незнакомец перестал улыбаться и опустил руки. Рядом с ним прямо из воздуха появилось кресло. Он неторопливо уселся в него, закинул ногу на ногу и задумчиво посмотрел на гостей.

Материализация мебели произвела на троицу сильное впечатление. Лулет инстинктивно попыталась подключиться к системе, чтобы проанализировать происходящее, но система молчала. Здесь её технологии не работали.

В тот же момент напротив мужчины появились ещё три кресла — изящные конструкции из светящегося изнутри белого материала. Он приветливо указал на них гостям.

— Располагайтесь. Разговор будет долгим.

Но троица не спешила садиться, настороженно переглядываясь.

Заметив, что они колеблются, мужчина усмехнулся.

— Вы, конечно, можете продолжать стоять, — иронично заметил он. — Но идти вам всё равно некуда. Позади барьер.

Кира села первой. Кресло мягко подстраивалось под её тело, окутывая идеальным комфортом. Ян и Лулет последовали её примеру.

Лулет тут же удивлённо выдохнула — кресло не просто приняло форму её тела, но и стало излучать приятное тепло. Она чувствовала, как напряжение медленно покидает её мышцы. Ян настороженно сжал подлокотники, но даже он не мог отрицать, что сидеть было комфортно и удобно.

Мужчина терпеливо ждал, пока они устроятся, наблюдая за всем с улыбкой. Когда все трое наконец расслабились, он откинулся на спинку кресла и сложил пальцы домиком.

— Теперь позвольте представиться, — начал он спокойно, а потом сделал паузу… — Люди называют меня Богом. Эйкоры предпочитают термин «Создатель». — Его голос звучал так же обыденно, как если бы он представился Иваном Ивановичем. — Лично мне больше нравится… Генезис. Выбирайте, что вам удобнее.

Глава 28