Мы смотрим друг на друга, пока голос, зовущий меня по имени, не отвлекает нас.

— Мисс Блэкторн! О, мисс Блэкторн, вы здесь!

Я оборачиваюсь и вижу обезумевшего мистера Андерсона, спешащего через фойе.

Он вытирает лоб влажным платком. Под мышками на его белой рубашке темнеют пятна пота. Галстук развязан, брюки помяты. Интересно, сколько времени прошло с тех пор, как пропало тело бабушки, прежде чем нам наконец позвонили, потому что выглядит он так, будто не спал с тех пор, как я видела его в последний раз.

Когда мистер Андерсон подходит к нам, я требую: — Скажите мне, что вы нашли ее.

— Ну… — Он прочищает горло. — Не совсем.

— Ответьте «да» или «нет». Вы нашли ее?

Я не знаю, почему он выглядит таким виноватым, но это вызывает у меня подозрения.

Пожимая плечами, мистер Андерсон говорит: — Мы нашли ее одежду.

— Ее одежду? О чем вы говорите?

Мой разъяренный тон заставляет его растеряться еще больше. Он начинает бормотать что-то в свое оправдание.

— О-о-она была в длинном зеленом платье, к-к-как вы видели во время прощания. В-в-ваша тетя Эсме предоставила его, и мы одели ее в него после, э-э-э, подготовки тела. Это, конечно, деликатный процесс, и мы изо всех сил старались следовать указаниям ваших тетушек…

— Ближе к делу!

Он выпаливает: — Платье, туфли и нижнее белье Лоринды были найдены на земле за открытым окном комнаты, где проходило прощание. Судя по всему, именно так тело вынесли из помещения.

Что бы ни отражалось на моем лице, мистер Андерсон бледнеет.

— Позвольте убедиться, что я правильно вас поняла. Вы хотите сказать, что кто-то вытащил тело моей бабушки из гроба, раздел его, а затем вынес через окно?

Он переминается с ноги на ногу.

— Ну… да.

Я смотрю на него, открыв рот от удивления.

— Надеюсь, что ваша страховка покрывает все риски, мистер Андерсон, — говорит Ронан. — Давайте посмотрим на одежду.

Я проталкиваюсь мимо него и направляюсь прямиком к окнам в противоположной части комнаты. Шторы раздвинуты, а окна распахнуты настежь.

Осторожно, чтобы не задеть подоконник, я высовываюсь из окна и смотрю вниз. Конечно же, прямо под окном лежит куча одежды. Сбоку из-под колючих зеленых листьев падуба выглядывают черные туфли на низком каблуке.

Подойдя ко мне сзади, Ронан заглядывает мне через плечо. Осмотрев место происшествия, он хмыкает.

— Это странно. На земле нет следов. И все аккуратно сложено.

— Кроме того, ее обувь стоит так, как будто она лежала в шкафу. Каблуки вместе, носки направлены вперед. Не похоже, что тело роняли или бросали. Зачем кому-то раздевать труп, выбрасывать его из окна, а потом тратить время на то, чтобы аккуратно сложить одежду, которую они оставили на земле?

— Может быть, они собирались привезти тело обратно?

Мы оборачиваемся и смотрим на мистера Андерсона, который, кажется, сожалеет о своем решении высказаться.

Я скрещиваю руки на груди и пристально смотрю на него.

— Насколько я понимаю, вы просмотрели записи с камер наблюдения.

Он переводит взгляд с меня на Ронана и обратно.

— Эм. Ну.

Я воспринимаю это как «да».

— И? Что там было?

— Ничего подозрительного.

— Тело растворяется в воздухе – это ничего подозрительного? Как вы объясните одежду за окном? Она что, просто появилась на видео с камер наблюдения из ниоткуда?

Мистер Андерсон кашляет в кулак, затем поднимает глаза к потолку и морщится.

— Похоже, камера, которая снимает южную сторону здания, вышла из строя. По какой-то причине она ничего не записывала с шести часов.

— Как удобно. Позвольте вас кое о чем спросить. Вы что, организовали здесь нелегальную фабрику по продаже трупов? Вы продали тело моей бабушки на органы?

Надо отдать ему должное. Мистер Андерсон либо невероятный актер, либо его действительно травмировало это предположение, потому что он позеленел и его начало тошнить.

— Боже мой, нет! Честное слово, мы бы никогда не стали заниматься чем-то подобным! Мы очень гордимся своей репутацией, мисс Блэкторн, и ведем бизнес в соответствии с высочайшими этическими стандартами. Мы очень осторожны, действительно очень осторожны, особенно с клиентами с такой… — Понимая, что ступает на опасную территорию, он замолкает, панически моргая. — …репутацией, как у вашей семьи.

Жар разливается по моей коже, словно цветок, распускающий лепестки. Я делаю медленный, успокаивающий вдох, а затем бормочу: — О, я вам покажу репутацию. Я вам такую репутацию покажу, что у вас глаза на лоб полезут.