В саду был и зверинец с экзотическими животными, такими как обезьяны, о которых Сюзанна упоминала в письме к матери. Но что случилось с дромадерами и львами, которые проживали здесь во времена герцога Иоанна II? Возможно, они все ещё находились в зверинце. Птицы были частью повседневной жизни принцев, поэтому соколы, попугаи или другие пернатые, содержались в Мулене в специальном птичнике, находившемся в ведении итальянца Филиппо дю Жардена, птичьего гувернер герцогини. В павильоне, схожем с птичником содержались карликовые кролики. Наконец, принцесса Анна как и королева Анна Бретонская страстно любила собак, занимавших в замке достойное место.

Интерес принцессы к новинкам в политике или литературе, было всем хорошо известно. Искусство в этом плане не стало исключением, и Анна высоко ценила произведения в стилях Возрождения и Античности, дошедших до Мулена через фламандских и итальянских художников. Хотя войны на Апеннинском полуострове сыграли ключевую роль в появлении во Франции многих итальянских художников, они не стали источником интереса принцессы к искусству Возрождения, а послужили лишь катализатором.

Мулен находился недалеко от Лиона, где проживало много флорентийских банкиров, в том числе семьи Гаданьи и Каппони. В 1493 году Анна переписывалась с Каппони по поводу знаменитого фонтана из каррарского мрамора, характерного для искусства Возрождения как по орнаменту, так и по используемому материалу. Герцогиня возжелала этот прекрасный объект и намеревалась приобрести его любой ценой, в очередной раз продемонстрировав свой интерес к новизне:

Получив его в подарок от городских советников Лиона, Анна установила его в своих садах в Мулене, где эта жемчужина эпохи Возрождения находится и по сей день.

Герцогская столица, расположенная недалеко от Италии и в самом центре королевства, часто посещалась многочисленными итальянскими посольствами, которые принцесса охотно принимала. Послы часто имели при себе статусные подарки, и несомненно, преподносили герцогине новые предметы, пробуждавшие у неё интерес к итальянскому искусству.

Двор Бурбонов-Монпансье в Эгеперсе мог только усилить этот интерес: протеже Анны, Клара Гонзага, приехала во Францию в 1480-х годах со знаменитой картиной Святой Себастьян кисти Андреа Мантеньи, которая могла быть частью её приданого [414] . С 1485 года Жильбер и Клара приняли при своём дворе ещё одного художника эпохи Возрождения — Бенедетто Гирландайо, чье Рождество Христово, хранящееся сейчас в Эгеперсе, было написано в 1490 году специально для графа Монпансье. Эта картина явно написана под влиянием мастеров фламандского Возрождения. Возможно, Гирландайо в Мулене познакомился с Жаном Эйем, который сам был учеником Хуго Ван дер Гуса, последователя Ван Эйка и Ван дер Вейдена. Если это так, то вполне вероятно, что герцогство под влиянием Анны, стало местом свидания флорентийского и фламандского искусства [415] .

Интерес герцогини Бурбонской к античности в области орнамента и архитектурного убранства, с использованием античных форм и материалов, таких как белый мрамор, прослеживается с начала 1490-х годов. Подобные формы были использованы в несохранившихся до наших дней элементах украшения церкви Сент-Шапель в Бурбон-л'Аршамбо, от витражей (уничтоженных во время Революции) до скульптурных ансамблей. Когда-то стену церкви украшал орнамент в виде генеалогического древа, сохранившиеся фрагменты которого свидетельствуют о интересе к Античности. Это снова показывает, как искусство использовалось для прославления знатного рода. Генеалогическое древо начиналось с Людовика Святого и Маргариты Прованской и заканчивалось Карлом III Бурбон-Монпансье и его женой Сюзанной. Обнаруженный не так давно рисунок, изображающий генеалогическое древо Сюзанны Бурбонской, свидетельствует о том, что и орнамент на стене церкви был выполнен в античном стиле [416] .

Войны в Италии привели во Французское королевство множество художников и мастеров. Некоторые из них в 1497 году находились в Мулене: "Пьер из Неаполя, столяр, Доминго из Женевуа, садовник", "Гийом из Пьяченцы, строитель" [417] и другие.

28 марта 1495 года Карл VIII написал из Неаполя своему зятю Пьеру следующее:

На рубеже 1500-х годов галерея в герцогском замке Мулен прославилась своей новаторской архитектурой и орнаментом. В период с 1497 по 1502 год современники Анны могли наблюдать за строительством "первого здания эпохи Возрождения во Франции", что ознаменовало появлении новой формы архитектуры: открытой галереи, центрального портика и капеллы покрытой куполом. Декор галереи с обилием античных элементов был явно вдохновлен итальянским Возрождением. Придворные художники тоже были увлечены этим новым искусством, о чём свидетельствуют рифленые пилястры, увенчанные коринфскими капителями, окружающими Деву Марию на центральной панели триптиха Богоматерь во Славе. Таким образом, эта картина Жана Эйя символизирует слияние искусства фламандского и итальянского Возрождения.