У меня глаза на лоб полезли от такого заявления. Сам, значит, позвал в гости, а теперь нельзя. Турок, очевидно, тоже понял весь маразм ситуации и поспешил оправдаться.

— Я имею в виду, что рискованно оставаться здесь надолго. Говорят, проверки частые случаются. Так что будем встречаться редко и кратко.

— Хм. А зачем?

— Ну как же. Дело надо довести до конца, — он сощурился, глядя на меня. — Или вы что? Сдались?

— Не совсем.

— Как там Баклан и Жлобяра?

— Баклан в порядке, — ответил я честно.

— Ну а Жлобяра?

Я промолчал, только плечами пожал. Мол, не знаю, и плевать мне на этого предателя. Даже если Турок стал агентом Доброго Дядюшки, виду он не подал.

— И что планируете делать? — спросил он. — Я готов помочь, чем только смогу.

Ого! А вот это было похоже на предупреждение Баклана. Турок навязывал помощь. То есть верный признак, что Турка завербовал кто-то из наших врагов-синдикатов.

— Простите, я не знаю, что сказать, — печальным тоном уведомил я Турка.

Тот к моей полной неожиданности хлопнул себя по лбу.

— Точно! — воскликнул он. — Ну ладно. Кажется, я знаю, что предпринять для нашего общего дела.

— Что? — смутился я.

— Ну, не буду спешить с обещаниями. Вдруг это невозможно. Но шанс-то есть!

Турок стал каким-то взбудораженным. Его глаза засияли, а подбородок взлетел кверху.

— Ну ладно, давай иди назад. — Турок замахал руками, выпроваживая меня.

— Что? — запротестовал я.

— Ну, я же говорил. Надолго тебе сюда нельзя.

— Но…

— Ах да, конечно! — он словно вспомнил о чем-то важном. — Чтобы вернуться, тебе надо в то же озеро. Там доберись до водоворотика. Мы, модераторы, имеем более простой и короткий путь, но тебе придется так, через купание.

Я прекратил сопротивляться и покинул Турка, будучи в полной растерянности. И я уже вовсе не был уверен, что он завербованный агент мафии. Его поведение было слишком необычным и точно не походило на человека, которого прижали к ногтю.

К обеду следующего дня я получил новое письмо от воскресшего Турка:

'Привет, Дохлый.

Всё случилось наилучшим образом. Я опасался, что моя задумка невыполнима, но…

Ладно. Пишу по порядку. Как я упоминал, у меня есть неплохие связи, в том числе среди разрабов Зоны.

Короче. Теперь ты можешь болтать что захочешь и ходить куда вздумается! Уверен, это здорово облегчит дело.

В общем, если что, обращайся. Может, еще чем-то смогу помочь.

Турок'.

Взволнованный прочитанным, я немедля обратился к Баклану.

— Письмо! — сообщил я.

— Опять от Турка? Что-то он зачастил. Точно под колпаком мафиозников.

— Он тут пишет, что помог мне, — возразил я.

— Надо же! И как? — усмехнулся он.

— Теперь я могу…

— Мне тоже письмо прилетело, — оборвал меня Жлобяра. — И оно ТО САМОЕ!!!

— Какое еще то самое? — Баклан затеребил усы.

— Адвокат зовет к себе в эту полночь. Будет последняя миссия. Если я ее выполню, то всё. Свобода!

— Эй! Ты полегче радуйся, — предостерегающе проговорил Баклан. — Помни, зачем тебе свобода.

— Да это понятно! — отмахнулся Жлобяра.

Его глаза сверкали радостью, а рот растянулся в широчайшую улыбку. На уродливом лице выглядело это довольно жутко. Он лыбился и сверкал до тех пор, пока мы не отправились, наконец, к Разрушенному Мосту.

Путь был привычен, но к полуночи мы не успели. Слишком поздно Николай Валентинович уведомил Жлобяру о встрече. Да и с пароходом немного не повезло, долго ждали.

Так что, когда мы подходили (я под прикрытием Крадучести), Адвокат уже стоял там. И был он не один.

На самом деле я и не сразу заметил Николая Валентиновича среди этой толпы. Их было человек двадцать.

Жлобяра даже приостановился, не дойдя до места.

— Кажется, что-то происходит, — шепнул он мне.

Я почему-то закивал. Забыл, что он не может меня видеть.