— Да нормально всё, — рявкнул Волк, поднимаясь. — Давайте начинать.

Он рывком прижал к себе партнёршу. В чёрной одежде с бледным осунувшимся от недомогания лицом парень жутко походил на вампира, вот-вот вгрызётся в шею.

— Полегче, — цыкнула на чересчур инициативного подшефного Мина. — Так ты ей синяков наставишь. Хотя… Запомни это выражение лица. Оно отлично гармонирует с настроением песни. Но имей в виду: девушку ты не просто ненавидишь, а страстно желаешь. Ты одержим ею. Менеджер Ю, перестань изображать жертву. Твоя героиня — стерва. Между вами должно искрить, чтобы зрителям стало жарко. Давайте первую связку. Пока медленно. По шагам.

— Мы будем продолжать, несмотря на его состояние? — удивилась Рия.

— Ребятки, у меня на вас только полтора часа, — вздохнула хореограф. — И другого раза не будет. Чен — профессионал. Он справится.

— Ну да, — скептически хмыкнула девушка. — С тем, чтобы было жарко, он весьма преуспел.

— Поменьше болтай, побольше двигайся, — осадил айдол.

— Тут как раз поменьше надо! — возразила Мина. — Не дёргай головой. Подбородок выше… Глаза в глаза. Ближе друг к другу. Ещё раз!

Через девяносто минут (Кан Мина была феноменально точна) Чен и Рия остались вдвоём, измотанные до предела. Айдол сидел в углу комнаты, бессильно привалившись к стене и закрыв глаза. На лбу выступила испарина, а губы, наоборот, успели высохнуть и потрескаться от жара. Девушка принесла ему воды и села рядом.

— Зачем так страдать? — спросила она, в один заход опустошив поллитровую бутылку.

— Твоя нога тоже в дрянном состоянии, — сквозь ресницы глянул на собеседницу страдалец.

— Есть такое, — поморщилась Рия. — Никак не придёт в норму. Стоит дать чуть больше нагрузки и начинает ныть. Здесь найдётся эластичный бинт?

Она огляделась. Комната для практики «Supremes» была оборудована богаче, чем у SHAX. Помимо шикарной акустической системы, продуманного до мелочей освещения и стильного дизайна помещения, здесь была куча интересностей: возле смежной с коридором стены стоял синтезатор, в нише одного из окон красовалась гитара на специальной подставке, в углу лежало несколько тёмно-бардовых кресел-мешков. Из-за которых виднелся мини-бар со стеклянной дверью, под завязку забитый бутылками воды.

— Чего нет — того нет, — фыркнул Чен.

— Ну и ладно.

— Я всё знаю.

— Ммм? Ты о чём? — Рия вскинула голову, оторвавшись от рассматривания и сравнения по толщине здоровой и больной лодыжки.

— О вас с Мирэем. Думаешь, почему он в больнице? Из-за тебя. — Айдол снова тяжело откинулся назад и закрыл глаза.

На это даже возражать ничего не хотелось. Пустой, никчёмный разговор, который лучше сразу оборвать:

— Ясно. Проехали.

— Ты не поняла. Он так вляпался, чтобы не пришлось с тобой танцевать.

— Каков ловкач.

— Я серьёзно. Зачем ты вернулась? Надеешься на реанимацию старых отношений?

Рия хлопнула себя ладонью по лбу и обидно для собеседника рассмеялась:

— Фух… да не знаешь ты ничего, — Она протянула Чену руку: — Вставай. Звони менеджеру. Пускай отвезёт домой. И чтобы завтра был в норме. Не хватало подцепить от тебя какую-нибудь заразу.

Судя по взгляду, Волк ничего не понял из её слов, но в том болезненно-вялом состоянии, в каком сейчас находился, ему было и не интересно.

На следующий день Рия исполнила просьбу-приказ Сухо навестить Мирэя. В подарок она выбрала корзину фруктов, готовую, в упаковке, и демонстративно пронесла её под прицелом фото и видеокамер. Дежурных репортёров было трое. Они старательно выполнили свою работу, засняв девушку и профиль, и анфас.

У палаты Рию встретил менеджер Сон. Сегодня мужчина выглядел гораздо спокойнее. Он любезно распахнул перед девушкой дверь, пока она не передумала входить. Мирэй сидел на койке, листая журнал, до пояса укрытый лёгким покрывалом. Он был в очках, длинные рыжие пряди собраны в забавный хвостик на макушке. Если абстрагироваться от личности, смотрелся айдол очень мило и мирно, нисколько не напоминая свой агрессивный сценический образ.

При появлении посетительницы он поднял голову, однако журнал в сторону не отложил. Оба коротко кивнули друг другу, Рия поставила корзину на стол и заняла самое дальнее от койки кресло. С прошлого раза палата сильно изменилась, буквально превратилась в цветочную оранжерею напополам с сувенирным магазином из-за обилия букетов, мягких игрушек и прочих презентов от фанатов.

— Чен говорит, ты попал в аварию специально, чтобы не танцевать со мной, — произнесла Рия, не поворачивая головы. Вместо пациента она предпочитала рассматривать сидящего на полу белого плюшевого мишку с алым шёлковым бантом на шее.