Сэр Роберт Чилтерн(встает в негодовании). Если не возражаете, я вызову вашу карету. Вы так долго жили за границей, миссис Чивли, что, очевидно, не совсем представляете, с кем сейчас говорите, — так вот, вы говорите с английским джентльменом!

Миссис Чивли(останавливает его, коснувшись веером его руки, и не отводит веер все время, пока говорит). Я прекрасно понимаю, что говорю с человеком, который заложил фундамент своего состояния, продав государственную тайну биржевому спекулянту.

Сэр Роберт Чилтерн(прикусив губу). Что вы имеете в виду?..

Миссис Чивли(встав и глядя ему в лицо). А то, что мне известны истоки вашего богатства — и вашей карьеры — и что у меня есть ваше письмо.

Сэр Роберт Чилтерн. Какое письмо?..

Миссис Чивли(презрительно). То, которое вы написали барону Арнхайму, когда были секретарем лорда Рэдли. То, в котором вы советуете барону покупать акции Суэцкого канала. А написано оно было за три дня до того, как правительство объявило о своем решении скупить акции.

Сэр Роберт Чилтерн(хриплым голосом). Это ложь.

Миссис Чивли. Вы думали, письмо уничтожено? Какая наивность! Оно у меня.

Сэр Роберт Чилтерн. Это был просто рискованный ход наудачу. Законопроект еще не прошел в парламент. Его могли отвергнуть.

Миссис Чивли. Это было мошенничество, сэр Роберт. Будем называть вещи своими именами. Это упрощает дело. А теперь я хочу продать вам это письмо. И в оплату требую, чтобы вы публично поддержали аргентинский проект. Вы разбогатели на одном канале. Помогите мне и моим друзьям разбогатеть на другом.

Сэр Роберт Чилтерн. Вы хотите, чтобы я… Но это же подлость… подлость!

Миссис Чивли. Нет. Игра. Та игра, сэр Роберт, в которую всем нам рано или поздно приходится играть.

Сэр Роберт Чилтерн. Я не могу этого сделать.

Миссис Чивли. А точнее, вы не можете этого не сделать. Вы отлично знаете, что стоите на краю пропасти. Не вам диктовать условия. Вам остается только их принимать. В случае, если вы откажетесь…

Сэр Роберт Чилтерн. Что тогда?

Миссис Чивли. Да, дорогой сэр Роберт, что тогда? Тогда вы погибли, только и всего. Подумать только, до чего вас довело ваше английское пуританство! В прежние времена никто не старался быть лучше своих ближних. Это даже считалось дурным тоном, мещанством. Но теперь вы все помешаны на морали. Каждый должен быть образцом чистоты, неподкупности и прочих семи смертных добродетелей. А результат? Вы все валитесь, как кегли, один за другим. Года не проходит, чтобы кто-нибудь не исчез с горизонта. Раньше скандальная история придавала еще больший шарм человеку или хоть делала его интереснее, а теперь это гибель. А ваш скандальчик будет очень некрасивый. Вам после этого не уцелеть. Если станет известно, что вы в молодости, будучи секретарем такого высокопоставленного и влиятельного лица, как министр, за большие деньги продали государственную тайну, — вас просто затравят! Вам носу никуда нельзя будет показать. А какой вам смысл жертвовать всем своим будущим, если вы вместо этого можете заключить дипломатическое соглашение с врагом? Потому что сейчас я ваш враг, признаю это. И я гораздо сильнее вас. На моей стороне целые батальоны. Вы, правда, занимаете высокое положение, но это-то и делает вас уязвимым. Трудно обороняться. А я атакую. И, заметьте, я не читаю вам мораль. Тут я вас пощадила, скажите мне за это спасибо. Ну так вот. Много лет тому назад вы совершили бесчестный, но очень выгодный для вас поступок. Получили все, чего хотели, — богатство и положение в обществе. А теперь надо за это платить. За все приходится платить рано или поздно. И сейчас наступила пора для вас. Прежде чем я уйду отсюда, вы должны мне пообещать, что снимете ваш доклад и выступите завтра в парламенте в защиту аргентинского проекта.

Сэр Роберт Чилтерн. Вы требуете невозможного.

Миссис Чивли. А вы сделайте, чтобы это стало возможным. Вам ничего другого не остается. Сэр Роберт, вы знаете, что такое ваши английские газеты. Предположим, что я прямо отсюда поеду в редакцию какой-нибудь газеты? Все расскажу и представлю доказательства? Подумайте, как они обрадуются, с каким восторгом стащат вас в грязную канаву и обольют помоями! Представьте, с каким сладострастным удовольствием какой-нибудь жалкий ханжа, не переставая злорадно усмехаться, будет писать о вас передовицу, как он будет смаковать подробности, как заклеймит вас позором!

Сэр Роберт Чилтерн. Перестаньте!.. Вы хотите, чтобы я снял доклад и произнес короткую речь в палате общин о том, что этот проект, на мой взгляд, имеет будущее?

Миссис Чивли(садясь на диван). Да, таковы мои условия.

Сэр Роберт Чилтерн(понизив голос). Я дам вам денег — любую сумму, какую вы назначите.

Миссис Чивли. Даже вы, сэр Роберт, недостаточно богаты, чтобы выкупить свое прошлое. Никто этого не может.

Сэр Роберт Чилтерн. Я не сделаю того, что вы просите…

Миссис Чивли. Придется. Если же нет, то… (Встает.)

Сэр Роберт Чилтерн(он растерян и сбит с толку). Погодите! А вы-то что мне предлагаете взамен? Вы сказали, что вернете письмо?..

Миссис Чивли. Да. И вы можете положиться на мое слово. Завтра вечером в половине двенадцатого я буду в парламенте, в галерее для женщин [66] . Если к тому времени вы сделаете сообщение, какое мне нужно — а подходящих для этого моментов у вас будет более чем достаточно, — я вручу вам ваше письмо с благодарностью и наилучшими, или хотя бы подходящими к случаю, пожеланиями. Я веду с вами честную игру. Всегда надо играть честно… когда козыри у тебя на руках. Барон Арнхайм научил меня этому… и еще многому другому.