Мейбл Чилтерн(сердито). Она звучит на немецком, так что вы все равно не поймете. (Выходит с виконтом де Нанжак.)

Лорд Кавершем(подходит к сыну). Ну, сэр? А вы что тут делаете? Прожигаете жизнь по обыкновению? Вам давно пора быть в постели. Нельзя ложиться так поздно. Я слышал, вы третьего дня танцевали у леди Раффорд и уехали в четыре утра.

Лорд Горинг. Было всего лишь без четверти четыре, отец.

Лорд Кавершем. Не понимаю, как вы выносите теперешнее лондонское общество. Толпа ничтожеств, которые говорят ни о чем!

Лорд Горинг. Я люблю говорить ни о чем, отец. Это единственное, о чем я хоть что-нибудь знаю.

Лорд Кавершем. Вы, кажется, живете только для удовольствия.

Лорд Горинг. А для чего еще жить, отец? Для счастья? Но ничто так не старит человека, как счастье.

Лорд Кавершем. Вы бессердечны, сэр, совершенно бессердечны.

Лорд Горинг. Надеюсь что нет, отец. Добрый вечер, леди Бэзилдон.

Леди Бэзилдон(поднимает дугой свои красивые брови). И вы тут? Я не знала, что вы посещаете политические салоны.

Лорд Горинг. Я обожаю политические салоны. Это единственное место, где не говорят о политике.

Леди Бэзилдон. Я очень люблю говорить о политике. Иногда целый день говорю. Но терпеть не могу слушать, когда о ней говорят другие. Не понимаю, как эти несчастные в парламенте выдерживают свои бесконечные прения.

Лорд Горинг. Просто они никогда их не слушают.

Леди Бэзилдон. Нет, правда?

Лорд Горинг(самым серьезным тоном). Конечно. Ведь слушать — это очень опасно: тебя могут убедить. А человек, который позволяет убедить себя доводами разума, — очень неразумное существо.

Леди Бэзилдон. Ах, это объясняет мне многое в мужчинах, чего я раньше не понимала, и многое в женщинах, чего их мужья совсем не ценят.

Миссис Марчмонт(со вздохом). Наши мужья ничего в нас не ценят. За этим приходится обращаться к другим.

Леди Бэзилдон(с чувством). Да, только к другим, это точно!

Лорд Горинг(улыбается). И это говорят две женщины, у которых, как всем известно, лучшие мужья во всем Лондоне!

Миссис Марчмонт. В том-то и беда. Мой Реджиналд безнадежно добродетелен. Иногда это просто невыносимо. В общении с таким человеком нет ничего стимулирующего!

Лорд Горинг. Какой ужас! Об этом все должны быть предупреждены!

Леди Бэзилдон. Мой Бэзилдон тоже не лучше. Он так любит сидеть дома, как будто он холостяк.

Миссис Марчмонт(сжимает руку леди Бэзилдон). Бедная моя Оливия! Мы с вами вышли замуж за примерных мужей и теперь страдаем от этого.

Лорд Горинг. Я считал, что в таких случаях страдают мужья.

Миссис Марчмонт(оскорбленно выпрямляется). Как бы не так! Они совершенно счастливы и довольны. А уж до чего они нам верят — это просто трагедия!

Леди Бэзилдон. Да, истинная трагедия!

Лорд Горинг. А может быть, комедия, леди Бэзилдон?

Леди Бэзилдон. Комедия, лорд Горинг?.. Как вам не стыдно такое говорить!

Миссис Марчмонт. Боюсь, что лорд Горинг, как всегда, в стане врагов. Я видела, что он разговаривал с этой миссис Чивли.

Лорд Горинг. Она очень красива, эта миссис Чивли.

Леди Бэзилдон(холодно). Пожалуйста, не расхваливайте других женщин в нашем присутствии. Могли бы подождать, пока мы ее похвалим.

Лорд Горинг. Я и ждал.

Миссис Марчмонт. Ну так не дождетесь. Мы не собираемся хвалить миссис Чивли. Мне рассказывали — она в понедельник была в опере и сказала Томми Раффорду, что лондонское общество — это сплошь куклы и пешки.

Лорд Горинг. И она права. Мужчины все пешки, а женщины все прелестны, как куклы.

Миссис Марчмонт(после паузы). Вы думаете, она это хотела сказать?

Лорд Горинг. Несомненно. И, по-моему, это разумное замечание.