Миранда подняла взгляд от вышивки, одарив меня холодным кивком. Вежливость на грани враждебности. Похоже, расслышала повышенные тона из кабинета.

Поклонился, соблюдая этикет.

— Мне пора, миледи. Благодарю за гостеприимство.

Повернувшись к мальчику, улыбнулся как можно теплее. Хотелось подойти, погладить по голове, может, даже обнять, но нельзя, слишком подозрительно.

— Спокойной ночи, Тимур. Было приятно познакомиться с таким славным парнем.

Малыш несмело улыбнулся в ответ, помахал пухлой ручкой. Сердце сжалось. Когда ещё увижу сына Зары, и увижу ли вообще?

Забрал рюкзак из угла, закинул на плечо. Бенедикт материализовался рядом, чтобы проводить до дверей и проследить, точно ли я ушёл.

Вышел в прохладную ночь. Ворота поместья закрылись за спиной с лязгом, давая недвусмысленный намёк. Я спокойно двинулся по дороге обратно к Хасмадее, но как только скрылся из виду усадьбы, свернул в лес.

Ну что ж. Миссия выполнена лишь наполовину. Тимур в порядке, о нём заботятся, любят. Зара будет рада это услышать.

Но вторая половина… Торин явно не оставит попыток захватить земли Хасмадеи, и если не при помощи монстров, так другими методами выживет людей. Нужно что-то придумать.

Завернулся в походный плащ, прижался спиной к стволу. Завтра вернусь в деревню, потом домой, в Мирид. Обниму Зару, расскажу о сыне, а там посмотрим.

Луна выглянула из-за туч, осветив лес призрачным светом. Где-то вдалеке завыл волк или кое-кто похуже. Инстинктивно проверил тетиву лука, придвинул стрелы, чтобы находились под рукой.

Предстоит долгая ночь. Спать не хотелось, слишком много мыслей крутилось в голове. О Тимуре, о Заре, о будущем, которое ждёт нас всех в этом жестоком мире.

Путь до Хасмадеи пролетел незаметно. В голове всё ещё крутились события прошедшего дня. Торин Ланистер оказался тем ещё гадом. Я направил коня прямо к дому мэра, спешившись у знакомого крыльца. Надо предупредить Дюрана о нависшей угрозе.

— Расскажу-ка я вам, что выяснил у барона, — начал я без предисловий, едва переступив порог. — И заодно объясню, куда подевался Джохар.

Дюран выглядел измученным: тёмные круги под глазами, осунувшееся лицо. Последние недели явно не прошли для него даром.

— Я нисколько не удивлён, — произнёс он с горечью после моего рассказа. — Этот человек перемолол бы нас в муку, чтобы накормить свой скот, если бы думал, что ему это сойдёт с рук.

Точная характеристика. Я вспомнил надменное лицо барона, его холодные расчётливые глаза. Такие, как он, видят в простых людях только ресурс для эксплуатации.

— Можете ли Вы что-нибудь сделать? — спросил я, хотя уже догадывался, что вариантов немного.

Краем глаза заметил движение в углу комнаты. Елена и Бернард тихо беседовали, а дети играли у их ног. Здоровяк-Бернард держал на руках младенца. В груди кольнуло. Вот бы и мне подержать сына на руках! Пётр уже подрос, наверное. А скоро родится Макс.

Похоже, что утверждение Елены о наладившейся семейной жизни оказалось правдой. После первоначального шока от моего уровня Бернард даже стал иногда звать меня в таверну пропустить по кружке. Видимо, решил, что лучше дружить с таким соседом, чем враждовать.

Дюран устало покачал головой, возвращая меня к реальности.

— Мне нужно подумать об этом. Может быть, поговорить с мэрами соседних деревень? Сеть взаимопомощи у нас налажена неплохо, — он помолчал, сжав челюсти. — Не волнуйтесь, если мы не готовы смириться с нашествием монстров, то уж точно не позволим этому скотоеду продать нас в рабство и украсть нашу землю.

«Скотоед» — меткое прозвище для барона. Надо запомнить.

— Ну, дайте знать, если чем-то смогу помочь, — сказал я, снова поглядывая на семейную сцену.

Богдан засуетился, и Бернард передал его Елене. Та привычным движением устроила малыша на плече, нежно похлопывая по спинке. Материнская забота сквозила в каждом жесте. Здоровяк встал, потянулся.

— Пойду-ка я пропущу стаканчик, — громко объявил он. — А потом сделаю последний обход перед закатом.

Мэр хлопнул меня по плечу, привлекая внимание. Ладонь у него была сухая и горячая, признак постоянного напряжения.

— Я ценю твою заботу, парень. В этом кошмаре ты подарил нам единственный лучик света, который мы видим из глубокой ямы, — он отвёл взгляд, явно борясь с гордостью. — Хотел бы хоть как-то отплатить тебе…

— Отплатите своим процветанием, — перебил его. — Это всё, чего хочу для Хасмадеи.

Я сказал чистую правду. Мне не нужны их деньги или услуги — достаточно знать, что люди живут спокойно, без страха перед монстрами или алчными баронами.

Я встал и потянулся за рюкзаком, пора двигаться дальше.