И откровение не заставило себя ждать.

Барон разлил бренди по бокалам. Резкий запах ударил в нос. Качество так себе. Усадив меня в кресло у камина, сам владелец кабинета плюхнулся напротив и поставил свой бокал на столик с резким стуком.

— Послушайте, сир Артём. У меня есть… деликатная проблема. Хотел бы узнать, не поможете ли вы? Заверяю, я щедро отблагодарю за услугу.

— Ну, давай, удиви меня, — подумал я, пригубив бренди. Горло обожгло, пойло оказалось крепче, чем ожидал.

— Слушаю внимательно, — произнёс вслух.

Торин подался вперёд, глаза блестели азартом.

— Дело вот в чём, приятель. Я ничего не имею против жителей Хасмадеи, но они ленивые и склочные. Налогов почти не платят, а выбивать из них хоть грош всё равно что с медведем бороться. При этом сидят на первоклассной земле и толком её не используют. — Лицо барона исказилось от отвращения. — Да у них же логова в паре километров! Могли бы взять эти земли под контроль, извлечь выгоду. Но нет! Прячутся за городской хартией, которую их деды выбили у моего деда.

Я сохранял нейтральное выражение лица, только кивнул, мол, продолжай.

— Так вот, это мега-логово даёт мне… нам возможность. Если оставить всё как есть, — блуждающие монстры, рано или поздно выгонят этих бездельников с земли. Городские права аннулируются, и я наконец смогу развивать территорию на благо всем. Даже предложу им работу, если, конечно, согласятся трудиться.

Человек, вышвырнувший мать своего наследника на съедение хищникам, вряд ли знает, что такое великодушие.

Воспоминание вызвало новую волну ярости. Пришлось сделать глоток бренди, чтобы скрыть эмоции.

К счастью, Торин слишком увлёкся своей речью.

— А что если вы немного повремените с зачисткой? Я с радостью приму вас и ваших спутников здесь и размещу с полным комфортом, пока не разрешится вопрос с Хасмадеей. К тому же заплачу, скажем, по сто золотых каждому. А после вы спокойно зачистите логово и заберёте добычу.

В углу зрения появился текст:

Внимание! Предложено задание. Благородная просьба: барон Торин Ланистер из провинции Дрифтен предлагает Вам 100 золотых, если деревня Хасмадея будет захвачена монстрами. Текущая цель — ничего не делать.

Обычно я никогда не отказывался от заданий, всё-таки и лишний опыт, и потенциальные награды. Даже самые странные квесты оставлял на потом, вдруг пригодятся? Но этот…

С ходу отклонил предложение и едва сдержался, чтобы не плюнуть под ноги этому ублюдку.

— Боюсь, это невозможно, милорд. Мы с напарником уже зачистили логово от постоянных обитателей. Возможно, там ещё будут появляться бродячие твари, но пройдут месяцы, может, даже годы, прежде чем их накопится достаточное число для угрозы Хасмадее. А я планирую уйти максимум через пару недель.

Лицо барона на миг исказилось от раздражения, но потом он вздохнул.

— Жаль, сир. Впрочем, у лордов есть и другие способы отобрать землю у строптивых арендаторов. Возможно, даже более выгодные.

Стоило ли открыто противостоять Торину? Не хотелось лишать Зару возможности увидеть сына в будущем. Но поговорить с Дюраном надо обязательно, может, найдётся какой-либо способ защитить деревню от поползновений барона.

Повисла неловкая тишина. Из гостиной донёсся смех Тимура, увлечённого какой-то игрой. Жаль, что не могу провести время с сыном Зары.

— Должен напомнить, — наконец произнёс Торин, поднимая бокал, — просьба о помощи исходила от Хасмадеи. Я не обязан платить вам за работу с мега-логовом, да и не склонен к этому.

— Понимаю, — кивнул я. — Просто пришёл сообщить о своих намерениях из вежливости, а не за золотом.

— Тогда не смею вас задерживать, — барон резко встал. — Подумайте над моим предложением, оно остаётся в силе.

Тот же текст снова появился в углу зрения. Я снова отклонил задание, поднимаясь с кресла.

— Благодарю за гостеприимство, милорд. Надеюсь, мы расстанемся по-дружески.

— Да, по-дружески, — Торин неохотно протянул руку для рукопожатия. Ладонь оказалась жёсткой, мозолистой — рука работающего человека. — Желаю успехов с делами в Бастионе. Надеюсь, уладите всё до того, как королю придётся вмешаться.

— Или прежде чем погибнет ещё больше людей, — сказал я чуть холоднее чем планировал. Скрывать неприязнь становилось всё труднее.

В гостиной Тимур перестал стучать деревянными кубиками друг о друга и повернулся ко мне. Большие карие глаза смотрели с детским любопытством. Кто этот дядя, что так громко разговаривал с папой?