— О! — вскрикнула Эйриэль, поглаживая мою спину крыльями. — О! О! О!

Она задрожала, достигнув пика. Бархатистые стенки сжались, как тиски, но я не останавливался, продолжая двигать её вверх-вниз.

Лёгкая, даже Зара весила больше. Ощущение абсолютного контроля, смешанное с её хрупкостью и страстью, пьянило похлеще вина.

Эйриэль целовала мою шею, посасывала, покусывала, а потом вдруг сжала челюсти сильнее, резко вскрикнув. Второй оргазм накрыл её ещё мощнее. Издав хриплый звук, почти воронье карканье, первобытный и чертовски сексуальный, она обрызгала меня своими соками от промежности до колен.

— Богиня! — простонала Лили. Она сидела на краю подушки, яростно лаская себя. — Она такая хрупкая! Словно смотришь, как ты трахаешь стеклянную статуэтку.

— Стекло так не растягивается, — пропыхтела маленькая гарпия. — Но, думаю, мне пора показать тебе кое-что особенное.

Я на мгновение расстроился, когда её крылья отпустили меня. Но потом она раскрыла их и начала мощно махать.

Мы с Лили заворожённо наблюдали, как невесомое тело короткими резкими движениями поднимается, скользя вверх по моему члену, потом опускается. Полёт во время секса. Вот это да!

— О боги! — простонал я.

— О боги! — эхом отозвалась Лили.— Мы, гарпии, именно так занимаемся сексом, — пропыхтела Эйриэль. — Ноги быстро устают, поэтому используем крылья. Нашим самцам нравится. А тебе?

— Да, да! — выдохнул я. Её шёлковые губки скользили по сверхчувствительной головке при каждом взмахе. — Безумно нравится!

— Чёрт возьми, да! — взвизгнула Лили, выдернула морковку и забилась в очередном оргазме, брызнув в нашу сторону.

Эйриэль продолжала свой воздушный танец на моём члене. Движения были более резкими, чем у Энелии, но от этого ощущения становились только острее.

Я просунул руку между нами, нашёл её клитор, лаская другой маленькую грудь и дразня тёмно-розовые соски.

Ей хватило минуты. Гарпия с воплем обмякла, и я едва успел подхватить её. Крылья снова обняли меня, прижимая к себе.

Невероятно тесное лоно сжалось в финальном спазме. Бугорки и выступы внутри создали такое давление, что я больше не мог сдерживаться.

Даже не успел прижать её плотнее или толкнуться глубже, как оргазм накрыл с такой силой, что ноги подкосились. Едва добравшись до дивана, рухнул на спину, стараясь не придавить хрупкую партнёршу и изливаясь в неё, казалось, целую вечность.

Эйриэль поджала ноги и крылья, позволяя мне улечься поудобнее, но мой всё ещё пульсирующий член оставался внутри. Она с довольным стоном опустилась сверху, сложив крылья по бокам, получилось пуховое одеяло из перьев.

Я едва чувствовал её вес, только мягкость, тепло и то, как её лоно выжимало из меня последние капли.

Подушка прогнулась, к нам присоединилась Лили. Вялая и довольная Эйриэль услужливо приподняла крыло, впуская мою невесту под импровизированное одеяло. Лили устроилась рядом, целуя нас по очереди.

Я одной рукой поглаживал узкую попку Эйриэль, другой идеальные формы своей невесты.

— Хочешь тоже попробовать? — спросил я, когда Лили уткнулась носом мне в плечо. Её длинные бархатистые уши щекотали щёки.

Она хихикнула.

— Пока всё отлично.

Рука Лили присоединилась к моей на попке гарпии.

— Мне пока хватило наблюдения за таким жарким сексом.

— Мва-а-а-ах! — выдохнула Эйриэль, пуская слюни мне на грудь и глядя остекленевшим взглядом. На её лице разлилось само воплощение блаженства.

Было ещё рано по местным меркам. Секс с невесомой женщиной не особо утомил физически, несмотря на бурные оргазмы, но зачистка логова выжала силы по-своему. Плюс добавилось чувство абсолютного удовлетворения и расслабленности…

И я позволил себе провалиться в дрёму.

Смутно помню, как Лили разбудила нас и потащила в комнату Сирении. Мы рухнули на мягкую постель рядом с ней.

А вот как Эйриэль разбудила меня для второго раунда, помню отчётливо. Её тонкие ноги и крылья работали синхронно, поднимая и опуская невесомое тело на мой член. Я лежал, наслаждаясь зрелищем и ощущениями, пока снова не кончил в неё.

Потом Лили сменила подругу, оседлав меня, а Эйриэль устроилась у неё на спине. Она играла с грудью моей невесты, тёрлась о её пушистый хвостик. От этой картины и ощущения двойного веса, пусть и небольшого, я долго не продержался.

Позже проснулся от того, что Сирения решила разбудить меня по-своему. Минет от куниды — это что-то особенное. Она урчала от удовольствия, наслаждаясь смешением вкусов всех троих.

Когда кончил ей в горло, она проглотила всё до капли и облизнулась как сытая кошка.