Лили задержалась, чтобы сжать мою руку. Тёплые пальцы, лёгкое пожатие, держись, мол. Мелочь, а приятно.

Чувствовал я себя как перед экзаменом в универе, только ставки повыше.

Когда за последним лордом закрылась дверь, старик подался вперёд, взгляд стал острым, как у ястреба.

— Хорошо, молодой человек, опиши место за порталом. Все детали, что помнишь.

Я кивнул. Память услужливо подкинула картинку.

— Ладно. Несколько сотен метров открытого пространства, штук двадцать армейских палаток и сотня поменьше. Клетки, много клеток с пленными…

— Прости, что перебиваю, — Хорвальд поднял руку, голос стал мягче, как у психотерапевта. — Эти детали пригодятся командору для планирования атаки, а мне нужно подробное описание местности, ориентиры. Это равнина? Горы? Лес? Что на горизонте, хребты, реки, каньоны?

— Я… — память забуксовала, — там пробыл от силы секунд пятнадцать и смотрел в основном на Проходчика. На морду ящера, если точнее.

— Понимаю, парень, — старик ободряюще улыбнулся профессиональной улыбкой, видел такую у следователей. — Иногда разум фиксирует больше, чем кажется. Ты же говорил, что знаешь техники работы с памятью. Вернись туда. Закрой глаза и отвечай, не думая.

Стоит попробовать, техники из Игр иногда работали и в реальности. Я прикрыл глаза, восстанавливая момент выхода из портала.

— Местность ровная, открытая. Не склон и не лесная поляна.

Голос Хорвальда стал тише, почти гипнотический:

— Почва под ногами?

— Утоптанная. Грязь. По краям трава и сорняки, где меньше ходят.

Картинка становилась чётче.

— Снег есть?

— Нет.

— Что на горизонте?

— Не знаю.

Старик не сдавался:

— Что оказалось прямо перед тобой, когда вышел?

— Холм, — выпалил я, сам удивившись. Память услужливо дорисовала детали.

— Опиши.

Я нахмурился, вытаскивая воспоминание по кусочкам.

— Норы в нижней части склонов близко от меня и высоко, неба почти не видно. Может, метров тридцать в высоту. На южных склонах дубы.

— Что за холмом, по бокам?

Картинка расширилась.

— Слева лес. Думаю…

— Не думай, смотри.

— Справа равнина с уклоном к реке или ручью вдалеке. На горизонте три синие вершины.

— Синие? Снег?

— Нет, не снег. Странный оттенок, скорее скальная порода.

— Хорошо, парень, — тяжёлая ладонь легла на плечо. — А воздух стал холоднее после перехода? Теплее?

— Я… не заметил.

— Отлично.

Серьёзно? Отлично, что не заметил?

Проходчик не унимался:

— Солнце где было? Высоко, низко? Восточнее, западнее?

Вот тут облом. Отличный способ вычислить расстояние и направление, но… Сколько ни пытался, солнца не припомнил. Обидно.

Хорвальд выглядел разочарованным, но продолжил.

Следующие пятнадцать минут превратились в пытку. Старик выжимал детали, как опытный следователь, терпеливо, методично, не пропуская мелочей. Хотя я просто сидел, но вспотел как после спарринга. Мышцы свело от напряжения, будто час таскал брёвна.

Наконец он отпустил меня и позвал Лили. Моя девочка выглядела встревоженной. Ещё бы, со стороны это больше походило на допрос.

Проходя мимо, я ободряюще улыбнулся. Мол, ничего страшного, просто дедушка любит детали.

Снаружи Виктор Ланской уже испарился, видимо, по своим шпионским делам, зато Джинд набросился прямо голодным волком.

— Подробности про лагерь, живо!

Слуги и придворные навострили уши. При упоминании пленников в клетках лица помрачнели.

— Работорговцы там были? Налётчики? — командор сверлил меня взглядом.

Я покачал головой:

— Не уверен, видел только Проходчика с охраной и клетки. Может, пара человек по лагерю шлялась.

— А норы в холме — это шахты? Действующие? Движение есть? Или это подземная крепость?

Я едва сдержал вздох. Второй раунд допроса, теперь уже военный. Приготовился отвечать, пока Хорвальд мучал Лили.

Минут через двадцать дверь открылась. Жена вышла раскрасневшаяся то ли от напряжения, то ли от духоты.

— Он сказал, можете войти, — она отступила в сторону.

Мы с Джиндом вломились первыми, остальные потянулись следом. Ланской материализовался из ниоткуда, ведя за руку полную женщину.

— Это Эрианна из Управления геодезии Бастиона, — представил он. — Оракул-картограф высшего уровня. Видит на триста километров вокруг и на сотню метров вверх.

Ого! Живой спутник-разведчик! В Играх за такой скилл убивали.