Я хмыкаю.

— В весьма жарком местечке. — Я замираю со страницами в руках. — Погодите.

— Похоронные общества, — выпаливает Айла прежде, чем я успеваю открыть рот. — Разве одна из наших жертв не была могильщиком?

Я уже у стола, роюсь в стопках.

— Янг был могильщиком, что само по себе может ничего и не значить — один могильщик и один инвестор похоронных касс, — но вот это уже интереснее.

Я протягиваю ей четыре клиентских дела. Во всех Уэйр представляет интересы лиц, связанных с ритуальным бизнесом: один владеет кладбищем, другой инвестирует в кладбища, двое управляют похоронными обществами.

— Сначала это не показалось мне важным, — говорю я. — Как вы и сказали, у Уэйра были самые разные клиенты. Но я не нашла ни одной другой сферы бизнеса, где бы у него было сразу четыре клиента.

— А у меня еще два, — добавляет она. — Мистер Уэйр помогал им в различных вопросах похоронного дела.

— Лорд Лесли всё еще вкладывал в это деньги? — спрашиваю я.

— Да. Это одна из причин, почему Эннис так идеально подходит для ведения его дел. Она может воротить нос от нашего семейного ремесла, но в детстве она знала о нем больше, чем все мы вместе взятые. — Она делает паузу. — Думаю, когда-то она даже надеялась его унаследовать.

— Черт.

Айла вытягивает еще две папки из своей стопки.

— Мэллори, мне не нравится моя сестра. Это, должно быть, очевидно. Я люблю её, но она мне не нравится, если ты понимаешь, о чем я.

— Понимаю.

— Мне не нравится, как она обошлась с Сарой и нашей матерью, и я никогда не прощу ей того, как она поступила с Дунканом. Она не всегда была к нему такой, и от этого только хуже.

Она просматривает страницы и продолжает:

— Когда Дункан пришел жить к нам, Эннис была от него в восторге. Он был таким серьезным и таким сообразительным. Другим девочкам подавай агукающих младенцев, чтобы в них играть. Эннис была не такой. Она жаждала иметь младшего брата или сестру, чтобы учить их. Нам с Лакланом от неё и так хватало наставлений, но тут появился Дункан, который только и мечтал, что учиться. Он обожал её.

— Что же произошло?

Айла подходит к шкафу и дергает ящик.

— Она выросла. У неё появились амбиции, и она поняла, что Дункан стоит у них на пути. Я никогда не прощу ей того, что она от него отреклась, но если попытаться найти для неё хоть йоту сочувствия, я признаю: в то время, когда она отвернулась от него, она сама пережила разочарование, которое… — Она втягивает воздух. — Сделало её жесткой. И холодной.

— Она узнала, что ваш отец оставляет дело Лаклану. Несмотря на то, что Лаклана оно совсем не интересовало. Эннис была старшей, и, будучи шотландкой, она вполне могла наследовать.

— Да. Не буду утомлять тебя подробностями этой драмы, но драма была знатная. Эннис уехала с Сарой на два года, а когда вернулась, то уже нацелилась на богатого мужа и решила, что все мы мешаем этой цели. Особенно Дункан. Это непростительно. Наказывай отца, если хочешь. Но не нас, и уж точно не Дункана.

— Сейчас ей еще хуже от того, что доктор Грей унаследовал дело, которое она так хотела?

— Мне нужно пообщаться с Эннис подольше, чтобы ответить на этот вопрос.

Я перелистываю еще несколько дел.

— А доктор Грей знает, что Эннис хотела получить этот бизнес?

— Он знает, что изначально она этого хотела. Когда отец умер, Лаклан пытался отдать дело ей по настоянию матери, и потому что Эннис этого хотела, и потому что Дункан, как и Лаклан, к этому не стремился. Но Эннис и слушать об этом не желала. Управлять похоронным бюро? С какой стати ей это нужно? — Айла достает новые конверты с документами. — Я уверена, что лорд Лесли всё еще участвует в таких делах, по крайней мере как вкладчик, и это выглядит как вероятная зацепка.

— Хотя и не обязательно такая, которая снимет подозрения с Эннис.

Айла собирается что-то ответить, но снизу доносятся голоса.

— Вы не понимаете, — говорит какой-то мужчина. — Мистер Уэйр представляет мои интересы в одном очень срочном деле.

— Мистер Уэйр ничьи интересы больше не представляет, — отвечает один из офицеров. — Он мертв.

— Я знаю, поэтому мне и нужно забрать бумаги. Срок сегодня. Я понимаю, это звучит кощунственно — бедняга еще не остыл, — но дело действительно срочное. Если я не представлю документы до конца дня, я потеряю свой бизнес, не успев его начать.

Айла подходит к лестнице и кричит вниз:

— Пропустите его, пожалуйста. Мы за ним присмотрим.

Мгновение спустя на лестнице показывается мужчина. Ему под тридцать, бакенбарды у него такие, что сам МакКриди бы позавидовал, но это единственная модная деталь в его облике. Темные волосы в беспорядке, а костюм выглядит как поношенный, который к тому же — и весьма скверно — перешили под его худощавую фигуру.

— Благодарю вас, мэм, — говорит он Айле, слегка запыхавшись. — Прошу прощения за беспокойство. Я просто в отчаянии.