— Малахай имел дело с изгоями?

— Большинство мастеров создают собственные гнезда с вампирами, которых обращали лично. Дедушка был против. Он собирал изгоев, чтобы те не сходили с ума. Временами по-настоящему старые вампиры совершали самоубийство, так как жили слишком долго. Мир вокруг сильно менялся, вызывая в мастерах депрессию. Дело заканчивалось встречей с солнцем. Обращенные вампиры оставались сиротами, но в них не было лидерских качеств. Иногда дедушка брал к себе таких представителей. Численность гнезда может обеспечить некую безопасность. Совет тоже впременами принимает изгоев… или просто убивает. Принадлежность к гнезду является защитой. Эдуардо был единственным, кого создал лично дедушка. Поэтому он жалел его.

— Жалел?

— Сочувствовал. Около ста лет назад дедушка нанял Эдуардо для выполнения дневной работы по дому. Однажды ночью дедушка проснулся и обнаружил, что Эдуардо был жестоко избит во дворе и умирал от ножевых ран. Это сотворили какие-то люди, живущие в поселении. Эдуардо был тихим и застенчивым. У него не было друзей. Видимо, он просто попал под горячую руку. Дедушка дал ему второй шанс и после принялся собирать изгоев. Формируя гнездо, чтобы у Эдуардо были друзья и семья. А ублюдок отплатил ему черной злобой, поскольку не был любимчиком. Придурок.

— Как ты сумела так долго прожить с вампиром и не разобраться в обычаях расы? Если мастер отворачивается от гнезда ради того, кто даже не принадлежит к их виду, то вампиры чувствуют унижение. Мастер всегда должен оставаться верным тем, кто находится под его защитой.

— Мою маму звали Калли. И она намного дольше жила с дедушкой. Эдуардо знал об этом с момента обращения. Мы тоже были под его защитой, — Эмма пожала плечами. — Эдуардо был прекрасно осведомлен о положении дел, но все же бросил вызов дедушке. Не забывай о том, что именно он выступил инициатором конфликта. К тому же идиот следил за нами тридцать шесть лет, хотя мог бы давно смириться.

Ее выбор слов заставил Рэда улыбнуться. Он опустил голову, чтобы с помощью волос скрыть выражения своего лица, и снова перевернул стейки, не желая, чтобы мясо подгорело. Иначе Эмма, вероятно, начнет ныть и жаловаться.

Последняя мысль убила весь юмор. Рэд готовил для женщины. В его культуре данный жест был довольно интимным. Обычно мужчины готовили для будущих и нынешних пар.

— Пахнет очень вкусно.

Он поднял глаза и заметил, что она подвинулась ближе. Ее ярко-голубые глаза на фоне бледных черт лица и темно-каштановых волос выглядели поразительно прекрасными. Эмма казалась каким-то эльфом.

Член в джинсах дернулся. Рэд зарычал, когда наткнулся взглядом на щедрые формы ее груди. Ни за что.

— Разве прозвучало обидно? — она выгнула брови. — По сути я сделала комплимент. Нет причин раздражаться.

Он заставил себя опустить взгляд на сковороду.

— Дело не в этом.

Эмма отступила.

— Так лучше? Мне нужно помнить о личном пространстве, когда ты готовишь еду? Ты ведь не укусишь меня за оплошность?

Христос. Рэд должен был оберегать Эмму, но провести столько времени с тем, кем заинтересовался его член, было проблематично.

— Я не собака.

— Вообще-то я не называла тебя собакой.

— Только собаки начинают скалиться, когда ты подходишь в их еде, — он заметил румянец на ее щеках. Прищурившись Рэд понял, что именно об этом она и подумала. Эмма была ужасной лгуньей. — Ты женщина, поэтому должна помнить о границах.

Ее губы удивленно разомкнулись. Эмма отступила еще дальше и окинула взглядом его тело, словно оценивая. Снова сосредоточившись на его лице, девушка громко сглотнула.

— Я не собирался приставать к тебе.

— Отличная новость. Ты довольно большой и сильный, раз столько миль пронес меня на руках, даже не вспотев и не запыхавшись.

— Очередная шутка о собаках? — в нем всколыхнулся гнев. — Эта дворняжка собирается тебя защитить. Не забывай.

— Эй, я не оскорбляла тебя. Успокойся, Ворчун.

Рэд уронил щипцы, выключил огонь под сковородой и шагнул в сторону девушки. Прозвище настолько сильно задело его, что он остановился только тогда, когда в ее голубых глазах мелькнул ужас. Эмма попятилась, ударившись задницей о дверь.

— У меня была своя жизнь, пока не появилась ты. Помни это, Эмма. Мне пришлось бросить все и привести тебя сюда. Перестань оскорблять меня.

— Прости.

Она обняла себя руками. Рэд почувствовал себя полным ублюдком, видя, как она съежилась.

— Иногда я бездумно ляпаю всякую чушь. Это была своего рода шутка.

— Разве я смеюсь? Ты понятия не имеешь, с какой бурей дерьма я столкнусь из-за твоего прибытия.

— Потеряешь работу или что-то в этом роде? У меня есть деньги, — она указала на свой рюкзак. — В моей сумке больше десяти тысяч наличными плюс немного мелочи. Я могу заплатить за ночлег, пока не приедет мой дедушка. Если этого недостаточно, то я могу снять еще с банковского счета.