— Что с нашими? — спросила Эйр, на огромной скорости пролетая мимо меня и одним ударом клинка разрубая врага, пытавшегося ударить меня в спину.

— Насчёт передовой не знаю, но с Аней и Аяной всё в порядке, — я вгляделся в пламя впереди.

Балтарог, стоя на месте, смотрел сейчас только на меня. В его взгляде я видел ярость, но холодную, сдерживаемую. Он словно и рад бы броситься на меня, да не может. Или не хочет…

Но демон точно узнал меня.

Посмотрев в сторону высших вдали, я спросил:

— Кто это? Не помню, чтобы у нас была такая поддержка.

Эйр тоже посмотрела туда, прищурившись, а затем сразу перевела взгляд обратно на Балтарога.

— Ты же помнишь того высшего, которого мы встретили в подземелье под столицей?

Я кивнул, ощущая знакомую энергию, тянущуюся с той стороны.

— Хочешь сказать, что это они?

— Насчёт всех не знаю, — ответила Эйр. — Но он — так точно. Вражеских намерений они не проявляют, так что, видимо, хотят помочь.

— Понял, сейчас вернусь, — рванув прочь, помчался прямо к сражающемуся отряду, уходя из-под пролетевшей над головой демонической техники.

Подлетев поближе, увидел, что это двое мужчин, один старик, одна женщина и одна старушка. Все одеты в чёрные кофты со штанами и серые пальто, но лица не скрывают. Видимо, таким образом показывают намерения — не прячутся.

Ко мне навстречу сразу полетел тот самый мужчина, которого я видел в подземелье. Все остальные даже не оглянулись, продолжили сражаться, разрывая их техниками.

— Вяземский, — кивнул он сдержанно, произнося довольно громко, чтобы перекрыть шум боя.

По пальто и одежде видно, что им приходится несладко. Весь материал потрёпан, в подпалинах. Но они сражаются, не отступают.

Я повёл рукой в сторону, и вокруг нас, закрывая в коробочку, появились по четырём сторонам едва заметно крутящиеся печати. Шум боя сразу стал заметно тише.

Мужчина удивился, слегка приподнял бровь, но ничего не произнёс, только внимательнее всмотрелся в меня.

— Так значит, под столицей было минимум пять высших, — произнёс я.

— Восемь, — спокойно ответил мужчина. — Пятерых мы отправили сюда, и трое на передовую. Чтобы границу точно не прорвали.

— Даже так? — удивился я. — А вы расщедрились. Для тех, кто ведёт затворнический образ жизни.

— Вы чем-то недовольны? — он вновь изогнул бровь, но на этот раз слегка угрюмо.

— Конечно, — я смотрел ему прямо в глаза. — Если бы вы не сидели на заднице под землёй, а объединились с Российской империей, мы уже могли бы закончить эту войну.

Он хотел что-то ответить, но я перебил, холодно добавив:

— Если вы, конечно, не пытались ловить Китайскую империю на живца и в удобный момент не собирались выскочить, как черти из табакерки. В чём я, правда, сомневаюсь.

— Обвиняете нас в трусости? — усмехнулся мужчина. — Не думаете, что это не лучшая идея — вести разговоры о таком в этом месте?

— Не в трусости, — ровным, но таким же холодным тоном ответил я, — иначе вас тут бы не было. Скорее в халатности и смерти тысяч тех, кто вынужден был отдать свои жизни в этой глупой войне. Знай Китайская империя о том, сколько им противостоит высших, вряд ли решилась бы напасть.

— Возможно, вы и правы, — задумчиво согласился высший. — Вот только не мне было это решать. Вы не знаете нашу историю. Не знаете, почему мы ушли под землю, и не знаете о нашей войне под ней.

— Думаю, — медленно ответил я, кивая, — нам будет что обсудить после того, как тут закончим.

— Несомненно, — также кивнул и он. — Господин и сам об этом сказал, что хочет с вами встретиться. Какова наша роль в этой битве? — продолжил мужчина уже куда собраннее.

Проверяет? Хочет знать, отправлю я их на передовую или действительно решил действовать сообща?

— Поддержка, — я оглянулся на Балтарога. — Мы пойдём в атаку, а на вас — твари. Сдерживайте поток, пока мы добираемся до него.

— Принято, — ответил мужчина без лишних вопросов.

Мы посмотрели друг на друга, я развеял печати, и мы одновременно рванули в разные стороны, обратно в ревущую мясорубку.

Подлетев к своей группе, я использовал энергию, чтобы подозвать к себе всех, и создал множество щитов. В следующую секунду на них тут же обрушились десятки техник, вспыхивая и взрываясь на полупрозрачной поверхности.