— Нет, — мотнул я головой. — Ещё дверь ремонтировать, — после чего неверной походкой отправился на базар. Пройти пришлось изрядно, а с учётом давящей на тело усталости, так вообще путь казался бесконечным.

По дороге я размышлял о своём поступке. Насколько это моё решение, а насколько память этого тела или вложенные в него инстинкты при отказе? Если так, то скорее всего, почивший парнишка, чьё место я занял, был из благородных. Это конечно не точно, но похоже на правду. А если так, то рано или поздно родню я точно найду, или она меня.

Тогда тут всплывает другой вопрос, даже два. Почему тело моего реципиента оказалось в глухой тайге, при этом в мёртвом состоянии?

Нет. Для встречи с родственниками, которых я знать не знаю, нужно стать достаточно сильным одарённым, а там уже использовать их для достижения максимальной ступени силы из возможных. А если этого не хватит для открытия портала домой, найти способ стать сильнее. Если же и этого не хватит, перевернуть весь этот мир, но найти способ его покинуть. Пока остановимся на этом.

Я понимал, что цель и мотивация крайне важны в условиях тотального дефицита информации об окружающем мире. Нужно нечто, что позволит мне двигаться вперёд, невзирая на препятствия. Именно так я действовал каждый раз, когда не мог разобраться в очередном деле или не успевал сдавать отчёты. Я просто намечал себе цель и шёл к ней невзирая на трудности.

Дойдя до прилавка с хозяйственными товарами, заметил, как рынок потихоньку начал пустеть. Продавцы собирали свои вещи, очищая лотки и складывая в большие телеги, а у мясного отдела стояло несколько автомобилей очень похожих на «москвичи» с будками.

Мир очень похожий на наш, но всё же не он. Так что, нужно побыстрее разобраться как тут всё устроено.

Когда новый ученик пьяной походкой вышел из сеней и отправился на рынок через всю деревню, Багратион перевёл взгляд на егеря:

— Что думаешь о нём?

— С обострённым чувством справедливости, — покачал головой Семён. — А ещё он точно из благородных, возможно даже из старших бояр.

— Книжный рыцарь? — задумчиво произнёс Багратион.

— Убивал он тех мразей как вполне состоявшийся воин, а не как начитавшийся сказок подросток, — протянул егерь.

— И со зверем раз на раз вышел, и тут на толпу головорезов. Ещё и дверь мне выбил, — потеребил бороду Багратион. — А не псих ли он?

— Дверь тебе починим, если у него не выйдет, помогу. А в остальном — низкий поклон ему. Побольше бы нам таких «сумасшедших»! — не согласился егерь.

— Или у парня отсутствует инстинкт самосохранения, или же он не воспринимает всё это реальностью.

На это Семён Николаевич промолчал. Ему и самому казалось поведение Алексея странным, а от слов Багратиона его подозрения лишь усилились.

— Но обострённое чувство справедливости и хорошие поступки делают ему честь в любом случае, — заключил Багратион, чей настоящий уровень силы не знал никто, кроме Егорыча, тому по службе было положено.

— Возьмёшься, получается? — с надеждой уточнил егерь.

— Да, пусть у меня поживёт. Посмотрим, что из этого получится.

— По оплате?

— Мы с ним договоримся, — кивнул он. — Если достойный, заключу контракт.

— Серьёзно? — подпрыгнули брови егеря.

— Да. Мало кто бросится на целую ораву головорезов, защищая посторонних для себя людей.

— Мы с ним на волков хотели поохотиться, спасу уже от них нет.

— Мы займёмся, — плотоядно улыбнулся Багратион, отчего егерь поёжился, будто холодом замогильным дохнуло. — Отличная для него практика будет, и людям польза. Тем более ему деньги нужны для отбытия на границу.

— Это да, — согласился егерь. — Без денег там делать нечего.

— Да и источник магии надо бы найти, он ему тоже поможет в эволюции, — задумчиво проговорил Багратион.

— Всё-таки источник, — нахмурился егерь. — А почему сам ничего не делаешь?

— Семён, — бывший имперский гвардеец выразительно посмотрел на егеря. — Ты, наверное, забыл, что я больше не делаю хороших дел бесплатно. А локализация источника дикой магии стоит очень дорого.

— Но и тебе ведь выгода не малая! Силушку поднимешь! Может даже на следующий класс возвысишься!

— А оно мне зачем? — вопросом на вопрос ответил Багратион. — Или ты видишь во мне нужду в роскоши? — он развёл руками, показывая обстановку небольшой аскетично обставленной избушки.

Семён Николаевич помолчал, после чего произнёс, поднимаясь: