— Верно. Однако мы не потому гордимся нашим краем, что нас так называют. Цветником Англии, я полагаю, именуются и многие другие графства.

— Не могу с вами согласиться, — возразила миссис Элтон с улыбкой удовлетворения. — Никогда не слышала, чтобы так говорили о каком-либо другом графстве, кроме Суррея.

Эмма не успела ничего возразить, как дама продолжила:

— Мои братец и сестрица обещались ближайшей весной или, самое позднее, летом приехать к нам в гости. Тогда-то мы и отправимся исследовать здешние красоты. Смею надеяться, нам многое удастся объехать. Ландо моего братца легко вмещает четверых, и мы сумеем увидеть многие достопримечательности. Не думаю, что весной или летом они приедут в двуколке. Когда приблизится время их визита, я сама посоветую им взять ландо — так будет намного удобнее. Если ваши родные приезжают в такой чудесный край, мисс Вудхаус, вы, конечно, захотите, чтобы они повидали как можно больше. А мистер Саклинг, кстати, большой любитель путешествий. Прошлым летом, вскоре после того как он приобрел ландо, мы дважды ездили в Кингс-Уэстон. Это было прекрасно! Полагаю, мисс Вудхаус, что и вы с друзьями совершаете подобные экспедиции в теплое время года?

— Мы находимся в некотором отдалении от тех мест нашего графства, которые бывают частой целью таких прогулок. К тому же наше окружение составляют люди тихие, более склонные проводить время дома, нежели затевать увеселения.

— Ах, ничто не дарит нам такого покоя и умиротворения, как домашний очаг. Нельзя любить свой дом больше, чем люблю его я. В «Кленовой роще» надо мною даже потешались. Селина, отправляясь в Бристоль, всякий раз говорила: «Эту девушку невозможно выманить из ворот! Вот и приходится мне ехать одной, хотя я терпеть не могу разъезжать в ландо без спутницы. Ах, Огаста, верно, никогда не выйдет за ограду парка по собственной воле!» Много раз повторяла моя сестрица эти слова. И все же я не сторонница полного уединения. Полагаю, это дурно, если человек совершенно запирается от общества. Жить в свете необходимо, хотя и меру, конечно, нужно соблюдать. Однако я, мисс Вудхаус, прекрасно понимаю ваше положение. — При этих словах миссис Элтон выразительно посмотрела на мистера Вудхауса. — Состояние здоровья вашего папеньки, верно, очень вас ограничивает. Отчего бы ему не поехать на воды? Позвольте вам посоветовать Бат. Уверяю вас, мистеру Вудхаусу это непременно поможет.

— Прежде мой отец не раз там бывал, но даже в более молодые годы море не принесло ему ни малейшей пользы. Стало быть, ехать туда теперь и вовсе не имеет смысла — так говорит мистер Перри, чье имя, полагаю, вам небезызвестно.

— Ах, это очень жаль, мисс Вудхаус, потому что с теми, кто восприимчив к водам, они поистине творят чудеса! В Бате я видела множество примеров. Кроме того, сам городок удивительно приятен и непременно приободрил бы мистера Вудхауса, чьи душевные силы, насколько я понимаю, порой бывают в упадке. Ну а о том, как полезна такая поездка для вас, мисс Вудхаус, я даже и говорить не стану. Всем известно, чем хорош Бат для миловидных барышень. Вы, привыкшая жить затворницей, получили бы прекрасную возможность завязать знакомство с лучшей частью тамошнего общества. Одна строчка от меня — и у вас тотчас появятся друзья. Миссис Партридж, моя ближайшая подруга, в чьем доме я всякий раз останавливаюсь, будет рада уделить вам любое внимание. Она же, как никто другой, сумеет вывести вас в свет.

Чаша терпения Эммы была полна до краев. Подумать только! Чтобы она одалживалась у миссис Элтон, пользуясь ее рекомендацией и выезжая в сопровождении ее подруги — какой-нибудь вульгарной бесцеремонной вдовушки, которая кое-как сводит концы с концами, сдавая комнаты внаем? Для мисс Вудхаус, хозяйки Хартфилда, это было бы подлинное унижение! Эмма, овладев собою, однако воздержалась от резкости и только холодно поблагодарила миссис Элтон, прибавив, что о поездке в Бат не может быть и речи и что у нее нет оснований думать, будто пребывание там принесет ей большую пользу, чем ее отцу. Дабы не позволить себе более явно выразить гнев и негодование, она поспешила переменить предмет разговора:

— Я не спрашиваю вас, миссис Элтон, не играете ли вы на фортепьяно. В том, что касается музицирования, молва о даме обыкновенно опережает ее самое. В Хайбери давно говорят об вас как о непревзойденной музыкантше.

— Ах нет, помилуйте! «Непревзойденная музыкантша» — этого титула я решительно не могу принять! Уверяю вас, моя игра далека от совершенства. Только самый пристрастный судья мог дать мне такую рекомендацию. Я горячо люблю музыку, страстно люблю, и все мои друзья согласны в том, что я не лишена вкуса. В остальном же я играю, право, очень посредственно. А вот вы, мисс Вудхаус, я знаю, в самом деле превосходно музицируете. Это было для меня огромной радостью, огромным утешением — узнать, в какое музыкальное общество я попала. Я совершенно не могу жить без музыки. Она для меня как воздух. Там, где я жила прежде (и в «Кленовой роще», и в Бате), меня всегда окружали прекрасные музыканты, посему это было бы тяжкой жертвой — оказаться среди людей немузыкальных. Так я и сказала мистеру Э., когда он говорил со мной о будущем моем положении. Он опасался, не затоскую ли я вдали от света, в скромном доме… Ведь он знал, к чему я привыкла, и потому, конечно же, не мог не иметь сомнений… И тогда я честно сказала ему, что жизнь в провинции мне не страшна: я легко обойдусь без званых вечеров, балов и театра. Собственное мое богатство, богатство моей души, позволяет мне не зависеть от света. Будь я бедна душой, тогда бы другое дело… Что до комнат, меньших, чем те, к которым я привыкла, то и это меня не смутит. К такого рода жертвам я готова. Разумеется, в «Кленовой роще» я жила в роскоши, но заверила мистера Э., что ни два экипажа, ни просторные комнаты не нужны мне для счастья. Однако, ежели быть вполне откровенной, то, пожалуй, едва ли смогу жить, не имея рядом с собой людей, которые бы что-нибудь смыслили в музыке. Более я ничего не требую, но без нее, без музыки, мое существование сделалось бы безрадостным.

— И мистер Элтон, надо полагать, — промолвила Эмма с улыбкой, — поспешил вас уверить, что хайберийское общество сплошь состоит из музыкантов. Надеюсь, вы не осудили его слишком строго за эту безобидную ложь, приняв во внимание то, каким побуждением он был руководим.

— Ах нет, на сей счет я не имею никаких сомнений. Я счастлива оказаться в таком кругу. Мы с вами непременно станем устраивать милые маленькие концерты. Полагаю, мисс Вудхаус, нам следует учредить музыкальный клуб, который будет еженедельно собираться в вашем доме или в нашем. Ну не славный ли это план? Думаю, нам не придется долго ждать появления единомышленников. Начинание подобного рода очень пошло бы мне на пользу, потому что заставляло бы регулярно упражняться. Мы, замужние женщины — ох, это, знаете ли, довольно прискорбно — слишком часто бываем склонны забросить музыкальные занятия.

— Однако вам, столь пылко любящей музыку, эта опасность, полагаю, не страшна?

— Надеюсь, и все же, глядя на свое окружение, я невольно трепещу. Селина совершенно забросила фортепьяно, даже не прикасается к нему, хотя прежде так чудесно играла. То же могу сказать и о миссис Джеффериз, урожденной Кларе Партридж, и об обеих барышнях Милман (в замужестве миссис Берд и миссис Джеймс Купер), и о многих других — всех не перечислишь. Этих примеров, право, достаточно для того, чтобы внушить мне тревогу. Помнится, я злилась на Селину, но теперь начинаю понимать, сколько хлопот у замужней женщины. Сегодня мне пришлось, пожалуй, не меньше получаса толковать с экономкой.

— Но домашние дела скоро наладятся, — успокоила Эмма.

— Как знать? — рассмеялась миссис Элтон. — Посмотрим.

Решив, что собеседница, по-видимому, решительно вознамерилась забросить музыку, мисс Вудхаус более ничего не сказала. После короткого молчания жена викария избрала новый предмет для разговора:

— Мы были в Рэндалсе, застали обоих хозяев дома. Они, кажется, весьма приятные люди и очень понравились мне. Мистер Уэстон, сколько я могу судить, — прекрасный человек. Уверяю вас, он тотчас сделался моим любимцем. Ну а в миссис Уэстон есть такая неподдельная доброта, такая материнская сердечность, какая не может к себе не располагать. Я слышала, она была вашей гувернанткой?