— Точно ли вы не ошиблись? — спросила Эмма. — Я почти уверена, что встреча в «Короне» будет завтра, в субботу. Так говорил мне вчера сам мистер Найтли, когда был в Хартфилде.

— Нет-нет, это точно сегодня! — отрывисто возразила миссис Элтон, своим тоном давая понять, что с ее стороны никакая ошибка невозможна. — До чего же много хлопот в этом приходе! Другого такого, я думаю, не сыскать. В «Кленовой роще» мы не слыхивали ни о чем подобном.

— Тот приход мал, — возразила Джейн.

— Право, милочка, чего не знаю, того не знаю. При мне никто не обсуждал приходских дел.

— Но вы говорили, что ваша сестрица и миссис Брэгг — попечительницы школы, в которой число учеников не превышает двадцати пяти. Других учебных заведений в приходе нет. Значит, он невелик.

— Ах, верно! Какая же вы умница! Ежели нас с вами соединить, мы явим миру образец совершенства. Моя живость и ваш крепкий ум — это ли не идеал? Не стану, однако, утверждать, что не найдется того, кто уже теперь готов обожествлять вас. Но тсс! Не будем покамест говорить об этом.

Предостережение казалось излишним, ибо продолжать разговор с миссис Элтон Джейн как будто и не хотела. По всему было видно, что гораздо охотнее она беседовала бы с мисс Вудхаус, которой, насколько позволяла вежливость, старалась оказывать предпочтение, однако им нечасто удавалось выразить взаимное расположение иначе, как одним только взглядом.

Долгожданное появление мистера Элтона было встречено его супругой со свойственной ей искрометной веселостью:

— Хорошо же вы со мной обошлись, сэр, нечего сказать! Отправили меня так рано к нашим друзьям, чтобы я им докучала, а сами все не идете и не идете! Вы должны бы знать, как я послушна своему долгу: не сдвинусь с места, пока мой муж и господин не соизволит пожаловать. Так и просидела здесь целый час, являя молодым леди пример супружеской покорности. Кто знает, быть может, одной из них он уже скоро окажется полезен?

Мистер Элтон, утомленный напрасной ходьбой под палящим солнцем, не оценил остроумия жены. Отдав дань учтивости другим дамам, он тотчас принялся жаловаться:

— Прихожу я в Донуэлл, а Найтли нет. Престранное дело! Совершенно необъяснимое! Ведь утром я послал ему записку, и он мне ответил, что до часу пополудни будет дома.

— В Донуэлл? — удивилась супруга. — Да нет же, дорогой мой мистер Э., вы были не в Донуэлле, а в «Короне»! У вас там назначена встреча с джентльменами!

— Туда я должен идти завтра, а сегодня хотел видеть одного Найтли — как раз по этому самому поводу. Какое нестерпимое утро — солнце так и жарит! Я решил сократить путь через поля, но это оказалось еще хуже. И вот я прихожу, а его нет дома! Представьте себе, не слишком приятный сюрприз. И не оставил для меня ни записки, ни устных извинений. Экономка заявила, будто не знала, что я должен прийти. Просто поразительно! Никто даже понятия не имеет, куда он подевался: может, в Хартфилд пошел, может, на ферму Эбби-Милл, может, в лес. Мисс Вудхаус, это так не похоже на нашего друга Найтли! Есть ли у вас какое-либо объяснение?

Эмма, внутренне посмеиваясь, сказала, что свойственник ее в самом деле повел себя невероятным образом, и она ни слова не может сказать в его оправдание.

— Уму непостижимо! — воскликнула миссис Элтон с приличествующим преданной супруге негодованием. — Уму непостижимо, чтобы он обошелся так именно с вами! Позабыть о ком-нибудь другом — это еще понять можно, но о вас? Дорогой мой мистер Э., он, наверно, оставил вам записку. Не мог не оставить. Это было бы уж слишком эксцентрически даже для Найтли. Просто экономка вам не передала. Поверьте, в этом все и дело. Я и не удивляюсь: донуэллские слуги, как я не раз замечала, на редкость неумелы и распущенны. Уж я бы никогда не подпустила к нашему буфету такое недоразумение, как тамошний Гарри. А о миссис Ходжиз наша Райт самого невысокого мнения: та пообещала ей один рецепт, да так и не прислала.

— Подходя к дому, — продолжил мистер Элтон, — я встретил Уильяма Ларкинса, и он сказал мне, что хозяина я не застану, только я ему не поверил. Он казался не в духе. Не знаю, мол, отчего мистер Найтли в последнее время так переменился: от него теперь и двух слов не добьешься. До забот Уильяма мне дела нет, но сам я непременно должен был свидеться с Найтли сегодня. А вместо этого лишь претерпел огромное неудобство, напрасно проделав такой путь.

Эмма поняла, что теперь ей лучше уйти. Вероятнее всего, мистер Найтли ждал ее в Хартфилде. Нужно было не допустить, чтобы он еще сильнее озлился на мистера Элтона, а то и на Уильяма Ларкинса.

Откланявшись, мисс Вудхаус охотно позволила мисс Фэрфакс проводить ее из гостиной и даже спуститься с ней в переднюю, не замедлив воспользоваться таким случаем, чтобы объясниться.

— Быть может, это и к лучшему, что я застала вас не одну. Если б не другие ваши визитеры, я бы, пожалуй, не удержалась и заговорила с вами куда откровеннее, чем допускают строгие приличия. Мне так о многом хотелось расспросить вас! Боюсь, вы сочли бы мое любопытство за дерзость.

— О! — воскликнула Джейн, покраснев, и этот румянец растерянности был ей, как показалось Эмме, гораздо более к лицу, чем прежняя утонченная сдержанность. — Опасаться следовало бы не этого, а скорее того, что я бы вас утомила. Выказав ко мне интерес, вы бы несказанно обрадовали меня, поверьте, мисс Вудхаус.

Джейн овладела собой и заговорила спокойнее:

— После того как я повела себя столь неподобающе, для меня лучшее утешение — знать, что те мои друзья, чьим уважением я особенно дорожу, не испытывают ко мне такого отвращения, чтобы… Ах, я и половины не успеваю вам сказать… Есть столько всего, за что я хотела бы перед вами извиниться или, быть может, оправдаться. Это непременно следовало бы сделать, но, к сожалению… Словом, если ваше сочувствие не…

— Ах, вы слишком щепетильны, уверяю вас! — с жаром воскликнула Эмма, взяв Джейн за руку. — Передо мной вам извиняться не за что, а все те, кого вы могли огорчить, теперь так довольны, так рады за вас…