Неидентичные близнецы, мальчик и девочка... Флоранс записала всю эту информацию на листе бумаги, не в силах пока собраться с мыслями. Встреча с Грегуа Милле и его откровения полностью выбили ее из колеи.

— Я узнал, что Джули подвергалась издевательствам со стороны группы девочек из-за своего мальчишеского вида. Ее называли «пещерной женщиной.
– По школе начала циркулировать полароидная фотография, на которой она стояла в туалете и мочилась, что нанесло большой ущерб обоим подросткам. Я думаю, что за этим преследованием стоит Элен Лемар. Если бы история на этом закончилась, то речь шла бы о мести. Наш Дэвид Мерлин на самом деле был бы Дэвидом Лескуром, мстящим за свою сестру-близнеца Джули всем, кто причинил ей боль.

Шарко зажал трубку между ухом и плечом, не отрывая глаз от классного фото. Он не был уверен, конечно, но ему казалось, что он узнал Лескюров. Крайний слева в нижнем ряду, напротив Элен Лемар. Позы были одинаковыми: слегка сгорбленная спина, сложенные руки и тела, стоящие очень близко, почти прижатые друг к другу.

— Флоранс? Ты еще там?

— Да, да. Просто пытаюсь сопоставить свои собственные находки.

Она встала. Несмотря на усталость, не могла устоять на ногах.

Шнур телефона скручивался во все стороны, когда она ходила туда-сюда.
– Подожди, это еще не все! — продолжил Шарко. В конце дня я поехал по адресу, указанному в их административных документах, в деревню недалеко от Салланша. Но там были только руины.

Я узнал, что их домик сгорел ночью того лета, в 74-м году. Пожар, по всей видимости, начался из-за плохо потушенной керосиновой лампы. Были найдены три тела: родители и Дэвид. Джули нашли живой и невредимой перед домом. Единственная выжившая в этой бойне... Понимаешь, в чем проблема?

— Да, я понимаю. Если Дэвид Лескюр умер, он не может сегодня скрываться под псевдонимом Дэвид Мерлин...

— Именно. Завтра у меня будут новые данные, по крайней мере, я на это надеюсь. Я бы хотел поговорить с одним из жандармов, которые вели это дело. Возможно, они тогда ошиблись. Должно быть, есть логическое объяснение.

Логическое объяснение... С самого начала в этом деле ничего не было логичного. Флоренс вернулась к своим записям и замерла на дате рождения близнецов. 1960 год. Конечно...

— Послушай меня внимательно, Шарк. Есть вещи, которые соотносятся между тем, что ты мне рассказываешь, и тем, что я смогла найти. Вещи, которые... которые частично проливают свет на эту огромную заварушку. Я узнала имя педиатра, его зовут Альберт Лагард и...

— Он жив?

— Не знаю. Серж не смог продвинуться в этом вопросе. Когда мы получили информацию, было уже слишком поздно, чтобы с кем-то связываться. Но я пошла в детский институт, где Лагард работал до того, как приехал в Мерэн, и поговорила с одним парнем, Милле, который его хорошо знал. Милле убедил меня, что наш Дэвид Мерлин, с накладной бородой, накладными бровями и всем прочим, на самом деле женщина. Слышишь? Мы ищем женщину.

— Прости?

— Ну, если хочешь, он генетически мужчина, с хромосомами XY, но женского пола. Интерсексуал... ДНК-анализ все исказил, указав на мужской пол, хотя на самом деле это не так.

Наступившая тишина не удивила ее. Шарко, должно быть, был в таком же состоянии, как и она, когда Милле рассказал ему о своем убеждении.

— На самом деле, — продолжила она, — Альберт Лагард был не только педиатром, он был исследователем и проводил исследования интерсексуалов. Он был убежден, что этих детей можно заставить стать мальчиками или девочками с помощью воспитания родителей и, в конечном итоге, пластической хирургии половых органов. Наш убийца — мужчина в глубине души, но его заставили стать женщиной. Если посмотреть на все с этой точки зрения, то многое становится на свои места: окрашенные гаметы у Лемэра, сожженные женские атрибуты, мужские манекены в женском платье...

— Подожди, подожди... Мне нужно... Черт!

— Я знаю, это бред.

— Совершенно верно. Итак, Жюли Лескюр на самом деле, генетически, мальчик, которого отец и мать воспитали как девочку? Одевали в платья, накрашивали, отращивали волосы, все в таком духе? И, если довести эту мысль до конца, то, по-твоему, она и есть наш Метикулезный?

Флоренс подтвердила выводы своего коллеги со всей уверенностью, на которую была способна, но должна была признать, что пыталась убедить не столько Франка, сколько саму себя.

— Это имеет смысл, Шарко. Даже если она перенесла множество операций, чтобы получить женские половые органы, и прошла гормональную терапию, мочиться стоя, возможно, было для нее способом отвергнуть форму, в которую ее хотели во что бы то ни стало втиснуть. Как вызов авторитету или просто желание почувствовать себя мальчиком.

Франк быстро достал фотографии обнаженных детей, которые он взял с собой. Посмотрел на лица девочек. Затем на их руки, которые скрывали промежность...

— Это означает, что, если вернуться к истокам, Дэвид и Джули были настоящими однояйцевыми близнецами? Двумя абсолютно одинаковыми мальчиками?

— Вероятно.

— Я не понимаю... Почему родители сделали такое?

— Надо вернуться к имеющимся сведениям. Альбер Лагард приехал в Мёрен в 1958 году. Он уволился из института, который не поддерживал его идеи, потому что он зашел слишком далеко. Дети родились в Бресте в 1960 году, возможно, даже в Мёрене, теперь, когда я об этом подумала. В любом случае, можно предположить, что у одного из младенцев была достаточно серьезная проблема с половыми органами, которая потребовала госпитализации в урологическое отделение, за которое отвечал Эскремье. И в какой-то момент пришлось сделать необратимый выбор. Лагард был очарован близнецами, он считал, что это идеальная почва для применения своих теорий. Представь себе, какая возможность. Он и Эскремье должны были убедить родителей воспитывать этого ребенка в качестве противоположного по полу брата, никогда не раскрывая им правду, ни одному из них. Или, по крайней мере, до тех пор, пока это было возможно.