Траскман поймал ее взгляд и, возможно, убедился, что за его спиной кто-то есть, потому что обернулся. Внезапно все начало ускоряться. Джули взяла кочергу, подняла ее как можно выше, чтобы набрать силу, и ударила первый раз. Траскман попытался защититься рукой, но железо раздробило ему правую руку. Мужчина упал на пол с криком боли, опрокинув шахматную доску и все фигуры. Не дав ему возможности отреагировать, Джули ударила его по центру спины с такой силой, что услышала хруст. Траскман рухнул на живот, прижав подбородок к полу. Еще работающей рукой он схватился за ножку стола, мышцы предплечья напряглись, но пальцы внезапно расслабились, когда изогнутая часть кочерги проникла на несколько сантиметров в заднюю часть его черепа.

Шквал ударов длился не менее минуты. Когда Джули перестала кричать, задыхаясь, она стояла на коленях над измученным и неузнаваемым телом Калеба Траскмана. Кожа на ладонях была разорвана, и ей пришлось вытереть лицо, чтобы что-то увидеть, так как кровь брызнула повсюду.

Она сразу же бросила оружие, как будто оно обжгло ее. Оглядевшись, она увидела, что София исчезла. С трудом поднявшись, она с огромным усилием дотянулась до радио, тоже испачканного красными пятнами. Во рту у нее был привкус меди.

Взяв микрофон, она после нескольких попыток нашла частоту Кристиана Нолана.

– Это Джули Москато. Помогите! Пожалуйста, помогите мне!.

Через несколько секунд в тишине раздался голос.

– Кристиан Нолан. Что случилось? Кто вы?.

– Я живу в бывшей охотничьей хижине, которая находится в получасе ходьбы от деревни, к северо-западу. Вы должны приехать. Я убила человека.

55

– Как вы себя чувствуете, доктор?.

Камилла Нижинская сняла меховые перчатки и нежно помассировала руки. Доктор Фибоначчи жестом дал ей понять, чтобы она осталась на месте и не входила. Перед ними спала пациентка; медленный бип электрокардиографа сигнализировал о спокойном сне, который лучше не тревожить.

– По мнению врачей, физически она вне опасности. Общие анализы выявили некоторые недостатки, но ничего серьезного. Язвы от обморожения, хотя и довольно глубокие, не оставят следов. Психологически же все совсем иначе. Я скажу это как можно проще: из ее памяти исчезли все воспоминания.

– Когда вы говорите все....

– Все, что было в ее жизни до сегодняшнего дня. Он ничего не помнит. Чистый лист.

МаркФибонначчи изучил реакцию своей собеседницы, которая достала из кармана ручку и блокнот. Оба были новыми, как и личность, с которой она проснулась несколько дней назад в психиатрическом отделении. Было впечатляюще видеть, как она переходила от одной личности к другой. Так, в мгновение ока. Фибоначчи никогда не думал, что может произойти еще один психический срыв, но болезнь резко вернулась на поверхность, еще больше отдалив Джули Москато от ее корней. Теперь она была полицейским инспектором. И если однажды утром она проснулась там, по ее мнению, это было только потому, что она сломалась от усталости.

Из-за бесконечных дней, которые она посвящала действительно сложному расследованию, в первую очередь связанному с женщиной, лежащей в постели перед ними.
– Вы должны объяснить мне это получше, доктор. Я не понимаю, как она могла внезапно «забыть» всю свою жизнь, учитывая, что она лежит в больничной койке, а вы говорите, что физически с ней все в порядке.

Эта женщина была найдена в лесу, вся в крови, рядом с трупом; с тех пор она не произнесла ни слова, а теперь вы говорите мне, что она ничего не помнит?.

Фибонначи записывал информацию, все больше и больше удивляясь. В глубине мозга женщины сохранились какие-то воспоминания, но они были изменены, несогласованны, смешаны с настоящим.

На самом деле это ее нашли рядом с трупом в ее шале в глубине леса. А пациентка, сидящая перед ними, не имела никакого отношения к этой истории. Она была просто незнакомкой, которая заблудилась во время прогулки и застряла на ночь в лесу.

Камилла резко открыла блокнот.

– У нас ничего нет! Ни о ней, ни о жертве, ни об обстоятельствах этой ужасной трагедии. Никто не знает эту женщину, никто никогда ее не видел. Мы не знаем, откуда она. Возможно, притворная амнезия — это способ скрыть свою личность или уйти от ответственности.

– Поверьте, она не притворяется.

– В таком случае объясните мне, убедите меня, чтобы я могла убедить своих начальников. Они будут требовать ответов.

Фибоначчи знаком показал ей выйти в коридор, закрыл дверь и указал на двух мужчин, которые ждали неподалеку.

– Кто ваш начальник?.

– Его здесь нет. Это просто два коллеги, и оба склонны уклоняться от сложных дел. Они уже считают дни до пенсии. И, честно говоря, в нашем маленьком городке мы не привыкли к таким вещам. Поэтому что они делают? Ставят на дело новичка. Вроде теста, понимаете?.

Двое мужчин не спускали с нее глаз, их лица были напряженными. Терапевт заметил невероятную способность, которую развила его собеседница: она питала настоящее из полностью вымышленного прошлого в режиме реального времени. С каждым часом, с каждым днем, роль, которую она на себя взяла, становилась все более убедительной. На самом деле она не просто была убеждена, что она полицейская. Она была полицейской.

– Я пойду за двумя кофе, — ответил Фибоначчи.
– Черный с сахаром?.