— Ангелина, — позвал я. — Я возьму «Антилопу», съезжу в Номоконовск. Письмо графу уже какой день откладываю отзвезти.

— Щаз, — сварливо отозвалась Ангелина. — Я её уже вчера разобрала и к сварке приготовила.

Блин. Ну, ладно.

— Хорошо, — вздохнул я. — Попрошу Рустама нас отвезти…

— Саша, — вдруг произнесла Ангелина, я чуть-чуть не успел уйти.

— Да? — вернулся я обратно в гараж.

— Ты же не будешь спать с этой вертихвосткой? — прищур у Смертоносной Девы оказался не добрым.

Я не стал валять дурака, уточняя о ком речь идет. Подошел к Ангелине, обнял.

— Можешь быть спокойна, — вздохнул я. — Ничего такого и в планах нет.

— Ладно, — пробурчала Ангелина мне в грудь. — Верю тебе.

Ну, теперь надо постарался смыться из Фламберга так, чтобы Тисифона не упала мне на хвост, а то Ангелину от ярости просто разорвет.

Я поднялся обратно в лестничную башню, где на первом этаже у нас стоял телефонный аппарат и позвонил Рустаму в заводскую управу.

— Рустам, — сказал я, когда он поднял трубку. — Отвези меня с Маргаритой Герхардовной в Номоконовск. Подбери нас у ворот через четверть часа.

— А куда это вы собираетесь? — произнесла Тисифона у меня за спиной как только я положил трубку.

А черт. Спалились.

— Да все дела, дорогая моя, — произнес я хладнокровно поворачиваясь к ней. — Дела, дела. Не очень интересно. Поставки, заказы, рекламации, накладные, двойной бухгалтерский учет, амортизационные отчисления…

С каждым новым непонятным словом лицо Тисифоны приобретало все более и более страдальческое выражение.

— Не надо, хватит, — она подняла ладони перед собой. — Ни слова больше. Я поняла. Пойду в парке погуляю.

Вот и молодец, послушная девочка. Погуляй, тебе сейчас это полезно. А чтобы гулялось тебе веселее, я тебе спутника найду.

— Фрол! — крикнул я. — Фрол!

— Я тут Александр Петрович!

— Фрол, — я положил руку парню на плечо. — У меня для тебя ответственное задание.

— Я готов, Александр Петрович, — расправил парень плечи. — Вы же знаете.

— Молодцом, — похвалил я такое рвение. — Мне нужно, чтобы вот эта девица гуляла до обеда минимум, и в дом не возвращалась. Царскую особу тебе поручаю, между прочим. Всё понял?

— Да я в курсе, что царскую, Александр Петрович. Исполню в лучшем виде.

— Ну, вот и славно.

Рустам подобрал меня с тёткой на «Корвете», как и было уговорено, у ворот во владение, и я уехал наконец в Номоконовск.

Мы решили не карабкаться по заводской дороге, а доехали до города по имперскому шоссе, подбросили тётку к нашему оружейному магазину. Она наказала мне передать графу всевозможное почтение, и пошла трепать нервы продавцам, искать недостачу и, наверное, ликвидировать провинившихся. Вызывая на дуэль по очереди, вероятно.

Рустам довез меня до графского особняка на площади и остался ждать меня в машине. А я поднялся по широкой лестнице вошел внутрь и поднялся в приемную на втором этаже.

Граф Номоконов принял меня немедленно.

— Александр Петрович, дорогой мой! Наконец-то!

Мы обнялись. Потом я передал ему письмо от сына.

— Как он? — спросил только граф не раскрывая письма при мне.

— Жив. Здоров, чего и вам желает.

Граф посмотрел на письмо, грустно улыбнулся:

— Значит, и желать больше нечего, Александр Петрович.

Ага. Вот ты удивишься когда прочитаешь это послание от царственного сына…

— Как ваш поход, Александр Петрович? — спросил граф. — Удался ли?

— Вполне, — кивнул я. — Финансовый дефицит на производстве в этом полугодии покроем полностью. Ну, а в городе как дела?

— В целом неплохо, — улыбнулся граф. — Финансы сходятся, имеется некоторый профицит бюджета. Даже деньги на вашу статую почти собраны. Преступность минимальная, почти без убийств. Бордель о котором вы упоминали я закрыл. В город прибыл отряд наемников, ищут найма, может быть они вас заинтересуют.

— Наемники? Что за наемники? — нахмурился я.

— Зеленая Рота, — пояснил граф. — Не смейтесь, они действительно так себя так называют, но с виду люди опытные. Прибыли откуда-то с севера, с окраин Нововаршавского княжества. Охраняли стройку участка нашего многострадального шоссе, да там опять всё заморозилось. Я их из города спровадил за стену, они встали лагерем у Восточных ворот.

Это ворота, через которые мы в свое время убегали от Югопольского льва, ближайшие к моей долине.