«Количество героев — 4/4. Количество претендентов — 3/8 . Количество целей 445/648.»

Я буквально взлетел обратно по лестнице, предварительно предупредив об этом чеха. Не хватало ещё по глупости напороться на его топор.

— Нашёл только это, — я продемонстрировал окровавленный пистолет.

— Оставь себе, — сказал Плеш. — Патроны проверь только.

И точно. В этом хаосе я даже забыл проверить обойму. Может, там и стрелять-то нечем. С замиранием сердца я отвёл защёлку магазина и потянул его вниз. Подсчёт боезапаса много времени не занял, и я вернул магазин на место.

— Четыре, — отрапортовал я. — Но лучше приберечь на крайний случай.

Чех снова кивнул. Он вообще был немногословен, но пока проявлял себя только с хорошей стороны. Внешность бывает обманчива, и сейчас я надеялся, что это как раз тот самый случай. Без помощи героя высокого ранга мои шансы на успех существенно упадут.

Мы нагнали поднимающихся людей уже на последнем, техническом этаже. Хвост колонны застрял в толчее из самых слабых и неподготовленных, а также тех, кто решил воспользоваться лестницей в самый последний момент.

— Какого хрена вы встали?! — заорал я, пытаясь перекричать шум и гвалт. — Немедленно на крышу!

— Правый выход закрыт! — услышал я крик Ольги откуда-то из толпы. — Кто-то уже забаррикадировал ту дверь.

— Ну так воспользуйтесь левой!

— Ну а мы, мать твою, что, по-твоему, делаем?! — сорвалась она.

Теперь причина затора стала понятна. Сунувшись в один коридор и уперевшись в преграду, сотни людей повернули обратно, чтобы попытать счастья с другим выходом. При этом лестница, ведущая на крышу, была существенно уже основной, из-за чего на ней не могли разместиться больше, чем по двое в ряд.

Да кто проектировал это здание?!

— И здесь заперто! Чёрт!

— Толкайте! Они должны открываться наружу!

— Поднажмите! Сильнее!

— Да! Получилось!

— Быстрее!

Судя по крикам и тому, как встрепенулась толпа, всё разрешилось и без моего чуткого руководства. Оставалось надеяться, что заминка не станет для нас роковой.

— Не стойте столбом, ищите что-нибудь тяжёлое и тащите сюда!

Люди начали потихоньку «всасываться» в проём эвакуационного выхода. А мы с Плешем остались охранять подступы на 12-й этаж. После включения сирены лифт отключился, и единственным путём наверх оставалась центральная лестница. За эти почти две с лишним минуты к спасающимся не добавилось ни одной новой души, что могло означать лишь одно. Путь к спасению был полностью отрезан, а оставшиеся на нижних этажах люди, скорее всего, обречены.

Счётчик выживших с завидной регулярностью вёл обратный отсчёт, но что странно, количество героев по-прежнему было четыре. Где-то схоронились или продолжают вести сражение? Спускаться и проверять у меня точно желания не было.

— Ольга! — позвал я, будучи почти уверенным, что она не отправилась на крышу в первых рядах. — Сколько охранников в здании?

— Охранников? — откликнулась она. — Точно не знаю. Четверо вроде бы.

— И все вооружены?

— Не уверена. Но у кого-то из них точно видела кобуру.

Пост охраны, наверняка, на первом этаже. Один из них сумел забраться аж до десятого, истратив половину боеприпасов. Но всё равно погиб. Скорее всего, та же участь постигла и всех остальных. Если они растратили патроны на отстрел гончих, то шансов у них было немного.

— Долго ещё? — и вновь я обращался к Ольге, как-то само собой взявшей на себя роль лидера спасающихся коллег.

— Не больше минуты!

— Одна минута, — перевёл я на английский для товарища из Чехии. — Пора и нам уходить.

— Не успели, — ответил он, разворачивая топор в сторону лестничного спуска.

Первое, что я увидел — тень, постепенно выползающая из-за поворота. Вертикальная, похожая на человеческую. А следом я услышал шкрябанье когтей по гладкому полу. Когда свора хищных тварей выскочила на финальный пролёт, я понял, что нам уже не уйти.

Усиление прибавило мощи, но на этот раз не добавило уверенности. Две… четыре… шесть гончих мчались к нам, мечтая вцепиться нам в глотки и пустить кровь. А у меня и навыков-то никаких нет, кроме как бить чаще и сильнее. Но если показать сейчас спину, то в неё точно кто-то вцепиться.

Ударить я успел дважды. Первый раз удачно, подрубив передние лапы прыгнувшей на меня псине. А второй — не очень, со свистом промахнувшись мимо морды следующей за ней товарки. Просто опоздал и тут же поплатился за это. Лезвие ударило в стену, а моё предплечье обожгло болью из-за впившихся в него зубов. На этот раз ждать помощи от сражающегося рядом товарища не приходилось, ему хватало остальных тварей, чуть ли не облепивших его со всех сторон.

Выбора не осталось, и пришлось доставать джокер из рукава. Точнее пистолет Макарова, который я держал в левой и разрядил в упор во вцепившуюся в меня тварь. Пуля пробила хитин и прошла навылет, засев где-то в стене. Давление на плече тут же исчезло, но вот боль никуда не пропала. Заживление только добавило мучений на несколько секунд, однако мне было всё равно. Повреждённые ткани срослись, позволив вновь орудовать правой рукой. И я тут же огрел ближайшую тварь, пытавшуюся перегрызть ногу Плешу. Кстати, делала она это безуспешно. На пути её острых зубов будто бы возникла прочная преграда, искрящаяся едва уловимыми всполохами. А получив по шее стальным лезвием, она окончательно прекратила свои попытки.