– Лучше, - выдал, не раздумывая. Толкнулся в меня, выбивая все сомнения. – Таскался бы я к тебе, если бы было хуже?

Я пожала плечами, не отвечая.

Может, он ко мне ездит, потому что другую такую идиотку найти не может?

Чтобы сама к нему бежала…

– Куколка, - позвал меня, сжимая мой подбородок. Заставил прямо в глаза смотреть. – Самая ох*енная и красивая. Доходчиво?

– Не очень.

Я вскрикиваю, когда Нил принимается доказывать по-другому.

Вколачивается в моё тело.

Каждым движением показывает, почему ко мне ездит.

Где-то в процессе потерялась моя футболка, но я даже не обратила внимания.

Хаз прижался к моей груди, языком прошелся по соскам. Втянул их, а из меня словно всю душу вытянули.

Тряпичной куклой оставили.

И так хорошо в этот момент, запредельно.

Словно у меня каждая клеточка удовольствием заполнена.

Меня трясет от возбуждения.

Жарко, огненно внутри.

Разъедает от жестких быстрых толчков.

Хаз не позволяет мне кричать, гасит стоны поцелуями, языком берет мой рот так же, как и моё тело. Не останавливаясь, не жалея.

Я так быстро оказываюсь на грани, что страшно становится.

Как легко этот мужчина берет контроль надо мной.

Как я сама всё ему отдаю.

– Нил, - шепчу его имя в бреду. Я больна. Я так больна ним. – Нил…

– Давай, куколка, кончай.

Всё внутри стягивает, а после взрывается яркими огнями.

Вулкан внутри, лава растекается по телу.

Я цепляюсь за Хаза, коротко стону в его шею. Втягиваю солоноватую кожу, заглушаю лишнее звуки. Мужчина продолжает двигаться во мне, кожа горит от прикосновений. Тело становится чувствительнее в разы, отзываясь острым наслаждением на чужие поцелуи.

Я чувствую, как его сперма стекает по моим стеночкам, пачкает бедра.

И возмущаться не хочется.

– Вот так, куколка, - выдыхает довольно, откидываясь на спинку кресла. – Это тоже грубо было? Или сойдёт?

Я заливаюсь румянцем в момент, когда мужчина подмигивает мне.

Показывает, как ничтожны мои претензии, когда я ни капли не сопротивляюсь.

Нил медленно усаживает меня на соседнее сидение, натягивает джинсы с бельем.

Звенит пряжка ремня.

Я пытаюсь распутать клубок, в который превратились мои джинсы. Вторю мужчине, начиная одеваться. Прикрываю грудь ладонями, ищу свою футболку.

Мне холодно от того, как быстро всё закончилось.

Мгновение, и Нил отсадил меня, получив своё.

– Знаешь, почему я в тебя выстрелить хотела? – спросила, рассматривая вены на его руках. – Не только потому, что ты убить нас всех мог. А потому что ты меня обидел. Тем, что в ванной было. Как ты меня заставил и…

– Больше такого не повторится.

Пообещал, но не извинился.

Вместо этого свою клятву поцелуем запечатал.

И я ему поверила.

Нил медленно провел пальцами по моей шее, зарылся в волосы, притягивая моё лицо ближе. Ещё один поцелуй оставил, куда мягче, чем раньше.

– Твоё сокровище, - протянул мне футболку, подняв её с пола. – Тебя домой отвезти?

– А если на вечеринку? – встретила предупреждающий взгляд, покачала головой. – Да, домой.

Не нужно однокурсников втягивать в эти разборки.

Ощущение такое, что если я на вечеринку вернусь – Хаз следом за мной войдёт.

Мы выезжаем на дорогу, а я жалею, что у мужчины не оказалось личного гаража где-то рядом. Там можно было спрятаться и продолжить всё.

Ужас!

В кого я превращаюсь?

Ладонь Нила лежит на моем бедре, едва поглаживает. Он легко и уверенно ведёт машину, не боясь чужого внимания. Словно никто не найдёт на него управы.

Это завораживает и пугает одновременно.

Кто же ты такой, Нил Хазов, если совсем ничего не боишься?

Мне хочется, чтобы дорога никогда не заканчивалась.

Ехать так и ехать.

С тихими песнями на радио. Теплым воздухом из печки. Запахом моего мужчины. И прикосновениями Нила, которые успокаивают меня легко и просто.

Но мы слишком быстро оказываемся возле нужного дома.

Я не успеваю насладиться этим, надышаться.

– Ты ведь сейчас не попросишь уехать с тобой, правда? – развернулась к Хазу, не зная, чего ждать. – Нил, я…

– Сейчас не попрошу. Я сказал, что времени до конца недели. У тебя впереди два дня.