– Правильное решение, Надя, - похвалила меня подруга. И подалась вперед между кресел, тронула за плечо парня, что сидит рядом с Лешей. – Нальешь мне шампанское, ок?

– Без проблем, детка, - пообещал он.

Лиза откинулась на сиденье и притянула меня к себе. Горячо зашептала на ухо.

– Узнала? Это Левицкий, с пятого курса. Из Лешиной группы. Прикинь, согласился с нами, малолетками, потусить.

Посмотрела на Левицкого.

Взрослый, самодовольный, работает где-то в компании отца – тот у него крутой бизнесмен.

Кажется, этот король универа подруге нравился.

Но раньше он на нас внимания не обращал.

– Да уж, - шепнула в ответ, когда Левицкий, сверкая белозубой улыбкой, передал Лизе стаканчик. – У нас прямо историческое событие сегодня.

– Ты когда стала такой язвой? – Лиза хихикнула. Влюбленно уставилась в его коротко стриженный затылок. – Признай, классный же. Не хуже твоего Леши.

– Леша не мой, - заспорила шепотом.

– Ах, да, у тебя ведь теперь другой принц.

Стрельнула взглядом в подругу.

Я никому не говорила про меня и Хаза. То есть, не говорила про ночь. А так…все всё знают со слов Любы, что чешет языком на телевидении, и теперь даже подруга думает, что меня почти всё время держали в кладовке.

И что сестра едва спасла меня от смерти, лишь ее красота остановила Нила.

Бл*ть.

Очень редко ругаюсь.

Но вспоминаю – и трясти начинает.

– Убавьте радио, пожалуйста, - попросила, когда в кармане шубки завибрировал телефон. Посмотрела на входящий вызов и помедлила. Осторожно ответила. – Алло?

– Ау, где гуляем, - проворковала в динамик Люба. – Приехала, а вас нет.

– Вера на сутках.

– А ты?

– Я с друзьями, - в зеркале встретилась взглядом с Лешей. Он криво улыбнулся, я торопливо отвернулась. – У Яны день рождения. Родители ей коттедж сняли для праздника. С бассейном.

– Развлекаешься, значит, - протянула Люба. – А домой почему не поехала? Я, между прочим, еды из ресторана набрала. Хотела забрать вас с Верой и рвануть в поселок.

Промолчала.

У родителей каждый день торчат соседи. И последнее, что мне надо сейчас – расспросы.

Когда-нибудь… всё уляжется… забудется…

Но не теперь.

– Так, где ты, говори адрес, - потребовала Люба. – Я заеду за тобой.

– Езжай без меня, - отказалась сдержанно. И услышала ее удивленный выдох.

Да, раньше я с сестрами не спорила. Многое изменилось во мне.

Люба что-то сказала мимо трубки, наверное, поклоннику. И бросила мне:

– Ну смотри. Я-то надеялась отношения наладить. Но если это никому не надо…

Она отключилась, я шумно вздохнула.

Трепаться надо меньше и врать – отношения наладились бы.

– Правильно, что послала ее. Это же Люба? – прокомментировала подруга. И погладила меня по плечу. – Мне плевать, как ты себя вела той ночью. Не представляю, что было бы со мной на твоем месте. Ты боялась, и это нормально. А Люба… могла бы уж промолчать, не позорить сестру.

Дернулась, сбросив руку Лизы и отвернулась к окну.

Ну что за черт.

Не надо было ехать с ними.

Сейчас студенты только и болтают про наш случай, про братьев Хазовых. И это мне еще целый вечер вот такое выслушивать?

Но машина несется по заснеженной улице, всё дальше увозит меня от дома.

Конец пути почти не разговаривала, цедила шампанское из стаканчика, что передал мне Левицкий.

А когда мы приехали – я будто в другой мир попала.

Дом огромный. Лучше, чем наше родовое гнездо. На первом этаже накрыт стол, но все на улице – жарят шашлык и гогочут, и веселый смех разлетается по окрестностям.

Все пьют, и я тоже приняла от Левицкого очередной стаканчик.

– Как настроение? – он покачнулся с пятки на носок и глотнул виски прямо из бутылки.

Мы у плетеной беседки стоим.

И все на нас пялятся.

Я – королева сплетен. И он – объект охоты для всех наших студенток.

Еще больше внимания можно было бы привлечь только если бы я тут со старшим Хазовым стояла.

– Нормально, - взглядом нашла Лизу, что обнимается с Яной и двинулась к ним.

– Я думал, ты не приедешь, - Левицкий шагнул за мной. – Как ты после той истории, держишься?

– Извини, - сунула руку в карман за вибрирующим телефоном и отступила, развернулась к воротам. – Алло, - приняла вызов с незнакомого номера, готовясь бросить трубку, если это журналисты.