Яркие зеленые вспышки и бессильно стекающие вниз потоки жидкого огня, не достигшие цели, окончательно убедили пришельцев с Южного Бисера, что дело плохо и пора делать ноги.

Кое-кому действительно удалось ускользнуть, но большинство закончили жизнь на дне залива. Ведь огонь слишком изменчивая стихия и легко перекидывается с борта на борт с любым порывом достаточно сильного ветра, стоит пройти слишком близко от горящего корабля. Многих поразила даже не магия, а элементарная паника, пираты так торопились, что часто не глядели куда поворачивает их бриг, лишь бы оказаться от огненного кошмара подальше. И попадали в ловушку, сильные порывы ветра разносили пламя по пока живым кораблям.

Попытки маневрировать, попытки тушить вспыхнувшие пожары почти не помогали, но главное действовали страх и паника, довершая разгром, превращая еще недавно организованную силу в беспорядочное стадо, где каждый пытался спасти лишь себя.

Кончено.

Небо начало светлеть, корабли догорали, счастливчики, успевшие уйти, виднелись на краю горизонта распахнутыми во всю ширь парусами, направляясь на юг. Желание отомстить оказавшемуся чересчур зубастому городу, у выживших пиратов отсутствовало.

Гулявшие вокруг потоки энергии стремительно стихали, поднявшая заклинателя в воздух сила успокаивалась, я медленно опустился в центр пентаграммы, коснувшись земли сначала одной ногой, затем второй.

Из груди вырвался вздох. Когда соединенное с внешним источником силы заклинание находилось на пике, казалось еще немного и все выйдет из-под контроля, слишком могучие бушевали внутри гигантского колдовского рисунка энергии. Но я справился, удержал проклятый конструкт в узде, направив его против более удобных целей, лежащих перед глазами, как на открытой ладони — пиратские корабли.

Забавно, но именно попытки маневрировать подставили многих пиратов под удар. Чтобы развернуть такие махины требовалось простор, и они попадали под огонь уже горящих соседей, рассредоточенность не помогла.

Признаться честно не ожидал подобного эффекта, но был рад, что таким образом удалось нанести врагу невосполнимый урон. Теперь еще долго гости с Южного Бисера не смогут беспокоить Тернион, а значит, мои договоренности с магистратом полностью выполнены.

Я равнодушным взглядом окинув картину разгрома в водах залива. Где-то догорали остатки бригов, в воде болтыхались выжившие, но им осталось недолго, несколько шлюпок направились к пристани. Зря, там их ждал негостеприимный прием. После прошедшей ночи с грабежами, убийствами и изнасилованиями, которые устроили пираты, добрые жители славного Терниона вряд ли их встретят с распростертыми объятьями, и петля на шее покажется лучшим выбором, чем насаженная на кол задница.

Я развернулся и направился в сторону изгибающейся косы. На границе затихающей пентаграммы ждал Сорен, позади воина мялись латники из числа отборных отрядов наемников на службе города. Они находились здесь на случай, если кто-то из пиратской вольницы все же решится на отчаянный шаг и атакует по суше творящего магию колдуна, высадив со шлюпок десант рядом с разрушенным маяком.

К счастью, охрана не потребовалась, безумцев, рискнувших напасть на страшного мага, не нашлось даже среди отчаянных морских разбойников. Слишком велик оказался страх, слишком глубоко проник в сознание ужас, когда небо запылало фиолетовым колдовством.

— У вас глаза светятся, — негромко сообщил гвардеец, стоило мне оказаться вблизи.

Суровые наемники, не боящиеся ничего в этой жизни и готовые за монету отправиться хоть в Нижние Миры, сейчас смущенно мялись в отдалении, не решаясь подойти близко к пришлому чародею, уже показавшему всему городу, что такое настоящая боевая магия.

— Побочный эффект чрезмерной связи Сумеречного Круга с внешним источником силы, — сказал я, увидел, что рыцарь мало что понял (и скорее не слишком-то и хотел понимать), и отмахнувшись, успокоил: — Скоро пройдет.

— Да, но не думаю, что в таком виде вам стоит идти по улицам города, — нейтральным тоном заметил Сорен и замолк, предоставляя магу самому решать, что делать дальше.

Мысленно поморщившись, я все же набросил на голову капюшон. Не стоит смущать умы простых горожан чересчур инфернальным видом. Даже без лишних подсказок, я знал, что выгляжу сейчас не лучшим образом. Кожа побелела, что называется без единой кровинки, натянулась на кости черепа. Глаза впали, потемнели, в глубине замерцали фиолетовые всполохи. Общий вид стал исхудавшим из-за чрезмерных нагрузок, но от этого стал не менее устрашающим. Оставшаяся за спиной бойня в заливе лишь дополняла образ зловещего колдуна, перебившего кучу народа.

— Пошли, дело сделано, — я направился в сторону города. Гвардеец пристроился рядом, привычно заняв место за левым плечом. Наемники двинулись следом, сохраняя дистанцию, то ли в качестве почетного эскорта, то ли присматривая, чтобы разошедшийся колдун не спалил весь город к чертям, как только что поступил с пиратской эскадрой.

Улицы гудели от собравшихся людей, на нас практически не обращали внимание, всех интересовал залив, где еще вчера грозной силой покачивался вражеский флот, угрожая обстрелом жилых кварталов жидким огнем.