— К сожалению, не могу сказать точно, — граф глотнул минеральной воды из бокала.

— Ваши люди, Василий Петрович, чудовищно некомпетентны, — довольно жёстко резюмировал Басаврюк. — Провал за провалом. Зачем вообще было устраивать стрельбу возле университета? Раз уж видна системная проблема, остановитесь, подумайте. Александру Александровичу подобные неудачи стоят времени. Вы же понимаете, насколько важно не затягивать процесс возвращения сущности туда, куда она и призывалась.

— Я делаю всё, что в моих силах, — сухо ответил Татищев, удержавшись от колкости, что и люди Шуйского совершают ошибки. — К сожалению, идеальный план срабатывает только в случае безнадёжной глупости клиента. Но Дружинин не глупец, не простак и не трус.

— Не Дружинин, а сущность, которая делает его великолепным бойцом, — Басаврюк поднял в назидание указательный палец. — Есть у меня подозрение, что девица — телохранитель.

— Обычная подружка, — не согласился с выводом секретаря Татищев. — У парня есть охрана. Двое бойцов из службы внутренней безопасности. А девушка может быть его однокурсницей. Очередная пассия.

— К чему тогда было расставаться с Алеевой, если не собирался жениться? — логично возразил Басаврюк. — Тешился бы с ней и дальше. Надо бы узнать про незнакомку побольше. Но этим займусь я. Всё равно скоро в Уральск ехать.

Татищев испытал облегчение. Ему надоела эта история с Дружининым. Не имея тех возможностей, что сосредоточил в своих рука Шуйский, провалы могли повторяться с ужасающим постоянством. Теперь, когда Василий Петрович осознал, насколько опасен Миша Дружинин в ипостаси бойца, рисковать своими людьми не хотелось. Да, у графа было несколько рекуперированных боевиков, но их основная задача — охранять хозяина, а не заниматься охотой на мальчишку. Канцлеру надо? Вот пусть сам и заманивает в ловушку этого студента.

Знал бы Шуйский, какие мысли бродят в голове графа — оторвал бы её без сожаления. У канцлера хватало людей, готовых услужить великому и ужасному Сан Санычу. Они бы с удовольствием выполнили поручение советника императора.

— Может, не стоит огород городить, а просто позвонить юноше и договориться о встрече? — задумчиво проговорил Басаврюк после недолгого молчания. — Лаской да добротой можно добиться гораздо большего, чем откровенной угрозой.

«Давай, попытайся», ухмыльнулся про себя Татищев. «Кто же откажется от такого приза, да ещё на халяву? Хотелось бы знать, какова истинная сила сущности, завладевшей мальчишкой? Или наоборот: а вдруг он взял власть над нею?»

— Я учитываю вашу попытку договориться с Дружининым как очень неудачную, — счёл нужным уколоть ещё раз Басаврюк. — Юноша будет осторожничать, на контакт не пойдёт. Но попробовать стоит.

— Конечно, вам и карты в руки, Тимофей Матвеевич, — Татищев приподнял бокал с минералкой, словно салютую гостю. — Кроме машины вам ещё что-то нужно?

— Там видно будет, — развёл руками эмиссар канцлера.

Басаврюк сомневался, что помощь графа ему понадобится. Татищев дискредитировал себя неудачными решениями, и чтобы реабилитировать себя, начнёт делать ошибки и мешать москвичам. Пусть уж лучше сидит на своей Лесной Даче и наслаждается природой.

— Каковы мои действия? — заметив, что секретарь задумался, граф напрягся. Не хотелось ему попасть в опалу Шуйскому.

— Следите за семьёй Дружининых, собирайте информацию по его союзникам. Думаю, в скором будущем она понадобится.

На следующее утро Басаврюк после завтрака дал команду своим сопровождающим готовить машину. Он решил слегка поменять свои планы. Юноша никуда не денется, даже если вздумает сегодня же уехать в Уральск. Всё равно судьбе угодно встретиться им если не в Оренбурге, то в другом месте.

— Ты узнал, где живут Оленёвы? — спросил Тимофей Рейнджера, сидевшего за рулём.

— На Полицмейстерской, неподалёку от Мариинской Рощи, — кивнул широкоскулый и очень загорелый мужчина лет тридцати пяти. С короткой стрижкой и в чёрных очках он выглядел внушительно, генерируя вокруг себя невидимое поле опасности.

— Езжай туда, — приказал Басаврюк и откинулся на спинку сиденья. Гуляй нисколько не мешал ему своими габаритами. Телохранитель едва не прижимался к правой дверце, чтобы эмиссару было комфортно сидеть.

Рейнджер кивнул и уверенно повёл машину по улицам, как будто заранее выяснил самый короткий маршрут. Впрочем, не зря же он вчера колесил по Оренбургу с навигатором. Было время узнать город.

Оленёвы жили в двухэтажном кирпичном особняке под крышей из старомодной черепицы. Басаврюк не торопился вылезать из машины, внимательно осматривая давно не знавший косметического (хотя бы) ремонта фасад дома, но территория вокруг него блистала чистотой и порядком. Хозяйственные постройки расположены так, что их не видно, если даже подойти к воротам. Аккуратные клумбы с цветущими поздними цветами, брусчатые дорожки, подстриженные кустарники — чувствовалась рука опытного садовника.