— Ждем, — сказал Петрович, вылезший на крышу следом за нами. — Пусть подойдут ближе. Патронов мало, каждый выстрел должен считаться.

Муты разделились на группы. Одна двинулась к главным воротам, вторая — к боковой двери, третья стала обходить здание. Действовали они скоординировано, прикрываясь друг другом.

— Сейчас, — прошептал Петрович, целясь из старого, но ухоженного карабина.

Когда первая волна мутантов приблизилась метров на триста, Петрович рявкнул:

— Огонь!

Крыша взорвалась грохотом выстрелов. Вообще, Корд это страшная штука. Попав в тело зомби, он разрывает его на куски, без преувеличения. Основная беда в том, что из него надо еще суметь попасть. 12.7 мм — не шутки, и даже на станке отдача у него такая, что мало не покажется. Я бы не факт, что смог. А уж эти «орлы»…

Полная лента, полсотни патронов. И всего три трупа. Не, это дело.

— Медведь! Займи место их «машинганнера», а?

Здоровяк молча тряхнул своей гривой, и, легко отодвинув от правого пулемета стоявшего за ним парня, приник к прицелу.

Отодвинутый молодой боец рыпнулся было что–то вякнуть, но Сашка придержал его, шепнул что–то, и заправил ленту.

Медведь точно не первый раз держал в руках такую машинку. Короткими, по три–четыре пули очередями, он принялся гвоздить по самым опасным целям — здоровякам, тащащим в руках целые куски бетона, вырванного с корнями. Этими импровизированными щитами они прикрываали себя и меньших по размеру собратьев от огня из дробовиков и автоматов.

Но 12.7 прошивает бетон, особенно такой, потресканный. И муты убедились в этом мгновенно. Первые пули расколили плиты, а потом поток крупнокалиберных пуль обрушился на монстров, вмиг превратив в подергивающиеся останки всех, кроме здоровяков. Тем понадобилось чуть побольше, но через пару секунд и они рухнули на асфальт.

Я открыл огонь по когтистому, перелезающему через забор. Удивительно, но ему хватило буквально пары пуль, чтобы упасть. Тварь дернулась и упала. Аня, Оля, Надя и Сергей стреляли почти непрерывно, накрывая не слишком прицельным, зато массированным огнем лезущих справа на забор тварей.

Но мутантов было слишком много. Они продолжали наступать, игнорируя потери. Несколько громил добрались до стен и начали таранить ворота. Металл скрежетал под их ударами. При этом «Контроллер», как только началась атака, куда–то запропастился.

— Ворота не выдержат! — крикнул Сашка. — Надо как-то их отбросить.

Как–то, как–то…да просто. Я достал из подсумка две термобарические гранаты. Жаль, что у меня их тут был не ящик, но кто ж мог знать, что твари попрут прямо сейчас. Все боеприпасы остались в машинах, с собой только обязательный набор.

Два взрыва прозвучали как-то игрушечно на фоне грохота «Кордов». Но громилы, крушившие ворота, превратились в пережаренные куски мяса.

В этот момент я увидел самое страшное — часть мутантов обошла здание и уже лезла через забор, пользуясь тем, что мы сверху не могли отвлечься.

— Черт, они прорываются с тыла! — заорал кто-то внизу.

Петрович рявкнул команды, перебрасывая людей. Но защитников не хватало — слишком много направлений, слишком мало бойцов, слишком серьезный противник.

Я понял, что мы проигрываем. Еще полчаса, может час — и муты прорвутся внутрь. А там женщины, дети, раненые. Резня будет страшной.

— Придется убрать вожака, — сказал я Медведю. — Пока он жив, они будут атаковать организованно. Без него это будет просто стадо тупых тварей.

— Он сидит вон в той будке, в соседнем дворе. Но сам понимаешь, обстреливать ее из пулемета вслепую это трата патронов, и все. Я не вижу его, да и укрыться там можно где угодно, а патронов не так чтобы много.

— Твои идеи?

— Надо накрыть его «Шмелем». Эта штука вообще то предназначена как раз для уничтожения таких вот умников.

— Шмель в пикапе, пикап снаружи! А там сейчас адок. Если откроем двери — сюда вломятся муты, и нам их не остановить.

— Не надо открывать двери. — Медведь указал вниз. — Видишь гараж? Там пожарная машина. У нее — выдвижная лестница. Если сможем выдвинуть — от края лестницы перепрыгнуть забор будет легко, а пикап стоит кузовом к нам. Я нацеплю веревку, закреплю ее за лесенку. Соскочу в кузов, схвачу «Шмеля», а вы поднимете лестницу, и выдернете меня.

— Это самоубийство!

— Не обязательно. Просто меня должны прикрыть огнем. Плюнув на все остальное.

Я посмотрел на Медведя. Он был серьезен и был абсолютно уверен, что другого варианта нет. Если мы не уберем вожака — все погибнут. Включая Надю и Сергея, ради которых мы и ввязались в эту авантюру.

— Ты понимаешь, что если тебе хоть чуть–чуть не свезет, то ты труп?

— Я вообще быстро бегаю, Жень. Так что не боись.

— Может, все же я, а?

— Мой план — мне и рисковать. Командир, ты ведь брал нас как раз на такие случаи, а? Чтбы не рисковать своими друзьями, и самим собой. Так что поменялось то, а?