— Моя бывшая жена. Как ты о ней узнала?

— Случайно. — также честно призналась я, чувствуя, как больно сжимается сердце от одной только мысли, что у Леши была другая, — Услышала её имя, когда Таша разговаривала с Джей. Почему вы развелись? — поинтересовалась я, понимая, что лучше обо всем расспросить сразу и не мучить себя лишними подозрениями.

— Мы не разводились. Оля умерла. — на последнем слове взгляд любимого потух совсем. Было видно, что эти воспоминания приносят ему боль.

— Прости. Я не знала, — притянув Лешу к себе, прижала лицом к груди. Он не оттолкнул, только тихо продолжил.

— Наложила на себя руки после нашей ссоры. Наглоталась таблеток и ушла. Ушла, бросив меня одного.

Не было сомнений, что Лёша любил Олю. Очень любил. Каждое его слово так и кричало об этом. Он долго рассказывал, какая она была хорошая. Простая. Домашняя. Совсем, как я. Он рассказал, что именно поэтому, когда впервые меня увидел, понял, что сделает все, чтобы завладеть мною. Потому что на тот момент я напомнила ему о любимой и о таком забытом чувстве, как любовь.

— Рядом с тобой я снова почувствовал себя живым. Ко мне вернулось сердце, которое до твоего появления молчало, словно было мертвым. Оно ожило в тот момент, когда наши взгляды пересеклись, и бьётся по сей день ради нас и нашего будущего. — Алексей положил руку на мой живот. — Сегодня ты в очередной раз сделала меня счастливым. Ради этого я готов простить твою оплошность, только обещай впредь такого не совершать.

Я покачала головой, давая понять, что это было в первый и последний раз. На ошибках учатся. Тем более что теперь между нами не стоит его горькое прошлое, о котором он все рассказал.

— Я обещаю, любимый, обещаю. — ответила я, смотря с любовью в его глаза. — А можно ещё вопрос?

— Спрашивай.

— Те видеозаписи с ночного клуба…

— Это мой второй бизнес. Помимо сетей гипермаркетов, у меня есть клуб, который приносит хороший доход.

— А Таша?

— А Наташа там работает и ни на что не жалуется. Элитная проститутка, которая выживает за счёт своего тела.

Не скажу, что это было новостью. Но все равно удивилась. Вроде с виду приличная девушка. А по ночам занимается таким грязным делом.

— Это все?

— Что всё? — не сразу поняла я.

— Все, что хотела узнать?

— Да, наверно, да. — улыбнулась я и опустила взгляд.

Оказывается все было не так страшно, как я думала. Оля была всего лишь бывшей любовью, которая, не выдержав ссоры с любимым, наложила на себя руки. Её больше нет. Она слишком больно наказала Алексея. И ушла. Ушла туда, откуда не возвращаются.

***

Выписали меня через две недели. Анализы были хорошими. Ребёнку ничего не угрожало. На момент выписки поставили восемь недель беременности. Малыш рос и развивался согласно нормам. Поэтому Константин Михайлович не видел больше оснований держать меня в больнице. Чему я была несказанно рада.

Возвращаясь домой, выкинула из головы все плохие мысли, решив, что отныне в нашей семье будет царить мир и покой. Чтобы в конце весны, когда малыш появится на свет, его мама и папа по-прежнему были влюблённой и счастливой парой, которая назло всем невзгодам, смогла выстоять и стать сильней.

Глава 14

Шесть месяцев спустя

Как часто мы живём, создавая вокруг себя иллюзии. Иллюзию счастья. Любви. Благополучия. Семьи. Мы рисуем в своём воображение картинки, в которые хочется верить, закрывая глаза на неточности и несовпадения. А все потому, что заведомо запрограммированы на то, чтобы среди серых дней искать яркие и волнительное ощущения, способные скрасить наше одиночество и идеализировать тех, кого выбрало сердце.

Но, часто получается все наоборот. Мы принимаем за любовь сексуальное влечение, влюбленность во внешность или успешность выбранного человека, а еще чаще мы выдаем за любовь собственные фантазии. Человек склонен к тому, чтобы наделять ещё не существующего любимого воображаемыми качествами, а потом жить в ожидании судьбоносной встречи, когда с первого взгляда сердце даст понять, что вот он — твой человек. И когда наконец-то эта встреча случается, жизнь приобретает особый смысл и наполняется чудесными красками, будущее кажется лучезарным.

Любовным иллюзиям мы подвергаемся чаще всего тогда, когда наше реальное «я» оказывается слишком слабым. Или, как случилось в моём случае, когда человек патологически склонен к тому, чтобы быть жертвой. Мы ищем оправдание мужской агрессии, обвиняя в случившемся не их, а себя. Мы становимся психологически зависимыми от таких отношений, когда бурные разборки на почве непослушания заканчиваются тем, что пары начинают клясться друг другу в вечной любви, просить прощение или мириться с помощью страстного секса.