Около забора Варя наткнулся на душежорок, те бродили у калитки, нюхая воздух длинными носами. Рядом кто-то умер? Когда он подошёл ближе, твари повернули голову в его сторону. Варя выругался, появились догадки о том, кому сейчас плохо, так плохо, что рядом начали кружиться падальщики. Он бросился через забор и влетел домой к телу.

Возвращение к жизни оказалось ужасным, его скрутил кашель до боли в рёбрах, а потом вырвало. Тело трясло, он с трудом поднялся и дополз на кухню, там в открытое окно задувал холодный апрельский ветер. Варя налил воды и трясущимися руками выковырял из блистеров нужные таблетки. Потом поискал антигриппин, но он кончился. Тело качнуло, и он пополз обратно на диван. Взял в руки телефон.

— Илья, как там?

— Я тебе звонил. Эти штуки пластиковые — это тату-наконечники. Видел бы ты, как Дэн побелел, когда я их показал. Чёрт, а мы их не оформили как надо.

— Не до этого. Я нашёл Соньку, она в Выездном, но надо туда быстрее.

— Ого, за тобой подъехать? Я могу ребят попросить.

— Будь добр, а то меня тут немного, — договорить он не смог, его снова скрутило в кашле и вырвало. Варя с печалью посмотрел на принятые таблетки, которые исторг организм, надежда на их помощь пропала. — Нехорошо мне. Уколы нужны.

— Я так и понял. Звони Сашке, подскажет, что купить. Всё, жди нас.

Варя поднялся и побрёл переодеваться, но понял, что одежду он так в стирку и не забросил. В ход пошла футболка второй свежести, всё лучше запачканной рвотой, и Варя выполз на улицу. По привычке осмотрелся, боясь увидеть душежорок, но потом вспомнил, что находится в реальном мире, хоть перед глазами и плыло.

Когда подъехал патрульный пазик, Варе легче не стало, дышал он с трудом, а залезть в машину вышло не с первого раза.

— Ну и вид у тебя. Может, и не стоит завтра на работе появляться, — посочувствовал Илья.

— М-м, сейчас дело сделаем, а потом за уколами, — прохрипел Варя и привалился лбом к холодному стеклу.

Ему было плевать на самочувствие, главное, чтоб Сонька дождалась их спасательный экипаж. Хорошо, что маньяк убивал ночью, а сейчас до заката ещё оставалось время. Они проехали железнодорожный переезд и остановились рядом с Выездновским храмом. Объяснить, куда ехать дальше, Варя не мог. Он с трудом прикидывал, в какой части посёлка был нужный ему дом.

— М-м, а ты откуда эту инфу взял? — спросил Илья, когда шофёр уже начал материться от противоречивых указаний Вари.

— Знакомая одна. Но она только дом описала. Развалюшка там одноэтажная недалеко от Тёши.

Возможно, будь у Вари побольше времени, он бы пробил Леонида по базе и выяснил адрес проживания, а так искать пришлось практически на ощупь.

Когда они проехали пару кварталов в сторону реки, Варя чуть не выпрыгнул из машины, на ходу заметив нужный дом. Но вместо этого его качнуло и в глазах потемнело. Илья вышел из машины, и они с Кириллычем быстро зашагали к входу. Варя с трудом вылез наружу, закашлялся и, сделав пару шагов, понял, что силы его окончательно покинули. Через минуту со стороны дома раздались крики. Дверь распахнулась, и выбежала Сонька в наброшенной на плечи куртке.

— Так я и думала! Дядя Варя, останови этих придурков! Они Лёню арестовывают!

— Так надо, — с трудом прохрипел Варя.

— Он мне помог! Он ничего плохого не сделал.

— Так надо, — ещё раз сказал Варя и почувствовал, как ноги стали ватными, а грязь качнулась навстречу его лицу.

Последнее, что он увидел, как Илья и Кириллыч под руки выводят Леонида, а за ними бежит женщина и орёт на них матом. Перед погружением в полную тьму Варя узнал женщину из сна Леонида.

Темнота сменилась зябкой серостью, Варя сидел в густом тумане, руками он нащупал влажный асфальт. Туман расступился, и Варя понял, что сидит на дороге, с двух сторон — лесополоса и редкие фонари. Вдалеке загудело, минут через пять раздался шум мотора. Варя чувствовал вибрацию асфальта. Они появились с двух сторон, ослепляя фарами. Заниженная Лада и старенькая Киа летели навстречу друг другу на запредельных для этих машин скоростях. Оба водителя торопились и неслись по пустой трассе, в крови разыгралось упоение скоростью, а может, что-то и покрепче. Злая насмешка судьбы, что они встретились на этой дороге в одно время. Хотя они наверняка преодолевали эту трассу не первый раз и давно привыкли, что ночью тут тихо и спокойно, потеряли страх и внимательность. Перед лицом Вари заблестела в свете фар мелкая водяная пыль. Завизжали тормоза, шины заскользили по мокрому асфальту. Громкий хлопок, как взрыв снаряда, расколол ночную тьму. Варя вскочил и бросился с дороги в сторону, куда улетел кусок искорёженного металла, что был когда-то машиной.

В смятой кабине лежало окровавленное месиво. По тому, что когда-то было приборной панелью, растекалось нечто кровавое с белыми прожилками, от которого шёл пар. Варя почувствовал тошноту, неожиданно шофёр поднял смятую наполовину голову и посмотрел на Варю оставшимся заплывшим кровью глазом. Варя заорал и очнулся от криков, эхом прозвучавших рядом.

Первую он увидел Сашку, она смотрела на него серьёзно и по-врачебному оценивающе.

— Ты нас напугал, — сказала она строго.

Варя осмотрелся и понял, что находится в палате. Рядом на стуле сидела Сонька, глаза у неё опухли от слёз.

— Я думала, ты умер, — всхлипнула она.

— Ну, это она думала. В наш век от бронхита надо ещё постараться умереть. Хотя ты оказался к этому близок, — сказала Сашка. Она стояла, склонившись над Варей, с видом патологоанатома, готовящегося к вскрытию пациента.

— Кто там кричит? — смог выговорить Варя. Крики в коридоре продолжались.

— Привезли в реанимацию парнишку, авария на трассе. Вылетел на встречку. Мать вроде кричит, — сказала, прислушавшись к крикам, Сашка. — Там трое погибших, ему ещё повезло, во второй машине никто не выжил, всмятку, «фарш».