Его главным противником был Тиан Галрин, министр из такой же старой и такой же богатой семьи, но худощавый и подтянутый, с огнем в глазах — человек, не боящийся драки. Значит мир перевернулся вверх ногами, когда кто-то вроде Бетоса командовал армией, а Галрин стал прославленным администратором.

Однако в этом зале ни одна из сторон не уступала другой, и обе стороны пользовались значительной поддержкой знати. К счастью ни у кого не было оружия в руках. Взаимное ожесточение в комнате было таким, что Раласис почти видел, как все покрываются кровью.

— Следующей целью Эгрила будет Мейгор, если мы ничего не предпримем. — Галрин ткнул пальцем в Бетоса.

— И под «мы» ты подразумеваешь меня, — крикнул Бетос. — Как ты смеешь? Разве я не командующий армией Его Величества? Разве я здесь не эксперт?

— Здесь, конечно, нет другого воина твоего калибра, — ответил Галрин, вызвав смех в своей партии.

— Мы должны сохранять нейтралитет, — сказал Бетос, покраснев. — Это не наш конфликт.

— Ты бы сказал это, даже если бы армия Эгрила стояла лагерем за этими самыми стенами.

Король Сайтос сидел и наблюдал со своего белого трона, отделанного золотом и серебром, и стоявшем на возвышении в нескольких футах над землей. По правде говоря, король был маленького роста. Раласис знал, что короля это беспокоило, и он не сомневался, что, не будь трон сам по себе национальным достоянием, этот человек давно бы заменил его чем-нибудь более пропорциональным его росту. Трон делал его карликом. Его волосы были длинными по мейгорской моде, но неопрятными, а клочок бороды прилипал к подбородку, подчеркивая впалые щеки. Он выглядел так, словно не спал несколько дней.

Рядом с ним, как обычно, находился Тиан Коса. Его глаза постоянно блуждали по комнате, отмечая все, без сомнения, отслеживая, кто кого поддерживает. Он увидел Раласиса и нахмурился.

Личная помощница Косы стоял в нескольких ярдах позади него, а затем у дальней стены, наполовину скрытые тенью, выстроились личные гвардейцы короля в полных доспехах и шлемах черного цвета. Их мечи, чудовищные обоюдоострые полуторные клинки, были обнажены и направлены острием вниз, руки покоились на эфесах. Если это зрелище должно было устрашить, оно сработало.

Но, несмотря на их присутствие, шум в комнате все нарастал и нарастал. Одни призывали к войне, другие к миру. Шум кружился вокруг Раласиса подобно шторму. Люди хлынули вперед в обоих направлениях, крича друг на друга, их лица покраснели.

Король взглянул на Косу, и Коса кивнул в ответ.

Коса стукнул тростью об пол, и звук разнесся по комнате. Какофония немедленно стихла, и все лица повернулись к возвышению.

Сайтос выпрямился и встал.

— Как долго должны продолжаться эти дебаты, милорды? Некоторые из вас жаждут войны. Затем у нас есть те, кто считает, что необходимо стремиться к миру с Эгрилом, и настаивают на том, чтобы мы провели переговоры с их Императором, чтобы найти точки соприкосновения. — Он кивнул в сторону Бетоса.

— Это не наша война, — ответил главнокомандующий. — Мы не обязаны вмешиваться. Мы не обязаны посылать наших мужчин и женщин умирать за иностранцев.

— У нас одни и те же Боги, — крикнул Галрин, — и именно с ними Рааку ведет войну. Это не вопрос географии, а вопрос веры. Эгрил придет сюда, мы все можем быть уверены в этом, и, если мы не будем готовы, мы все умрем.

Грудь Бетоса вздулась под его нагрудником:

— Наша оборона отразит любое нападение. Нога Эгрила никогда не ступит на наши берега.

Сайтос поднял руку, и в комнате воцарилась тишина:

— Я полностью уверен в ваших способностях, лорд Бетос, как и вся остальная нация. Благодаря вам мы все крепко спим по ночам.

У Раласиса чуть не отвисла челюсть. Король действительно говорил серьезно, но никто бы в это не поверил. Бормотание со стороны партии Галрина стало громче, словно слова короля растревожили улей.

— Мы переживаем поворотный момент в нашей истории. Неправильный выбор обречет нас всех, — продолжил Сайтос. — То, что произошло в Джии, Дорнуэе и Чонгоре, было ужасающим, о чем свидетельствовали все выжившие и беженцы, которые нашли свой путь к нашим берегам. Мы должны убедиться, что путь, по которому мы, как нация, идем, не приведет к той же участи.

— Тогда нам нужна война, — крикнул мейгорец в красной мантии.

— Эгрил нельзя победить, — закричал другой, стоящий лицом к нему. — Мы должны заключить мир.

— Мира никогда не будет. Эгрилу нельзя доверять. — И снова зал аудиенций погрузился в хаос.

Трость Косы снова ударила по полу, один, два, три раза:

— Милорды и джентльмены, это тронный зал короля. Проявите уважение.

— Я выслушал все ваши доводы, — сказал король, обращаясь к залу, — и я их обдумаю. До тех пор я хочу побыть один. Оставьте меня. Мы продолжим эти... дебаты завтра.