Но…

Это мой старый шаблон. Я не хочу уступать, быть тем, кто прогибается просто потому, что у меня это лучше получается. Я хочу постоять за себя.

— Похоже, ты уже достаточно наговорился за нас обоих, — говорю я и иду в сторону улицы.

На этот раз он не идет за мной.

18

НОВА

— Нова.

Я поворачиваюсь и вижу Джеймса Паркера, стоящего позади меня в спортивной куртке и джинсах, его худощавое лицо напряжено.

Я снимаю наушники.

— Привет.

Последние несколько дней я с головой ушла в работу над фреской.

Уже занимаюсь парнями на поле. Это не буквальное исполнение, стиль подразумевает энергию, скорость и связь.

Я не видела Клэя с тех пор, как поймала его и Харлана в коридоре. Он писал мне несколько раз, но я не чувствую, что готова к разговору.

Сосредоточиться на своем творчестве сложно, когда речь идет о человеке, в которого я влюбилась и с которым не разговариваю, но я стараюсь забыть об этом.

— Я все еще работаю над третьим элементом, — говорю я Джеймсу. — Если с фреской возникнут проблемы…

— Проблема не в том, как выглядит стена, а в том, что есть утечка. Ты ее допустила.

Мои брови взлетают вверх, когда я вспоминаю фотографию недельной давности.

— Я не делала этого.

— На гала-концерте нас ждет большое открытие. В нашем контракте было прописано, что работа останется в тайне.

— И я соблюдала это условие, — заверила я его. — Это мог быть кто угодно. У всех игроков и персонала есть доступ к стене.

— Всех их проинструктировали не делиться фото, и ни у кого из них нет мотива делать это. Я был более чем щедр, пересмотрев условия нашего соглашения.

Я уверена, Клэй сказал бы, что это справедливо, но неважно.

— Я понимаю, что этот гала-вечер много значит для вас.

— Это больше, чем просто много. «Кодиаки» идут к успеху, никто не думал, что они выживут в лиге. С тех пор как я их купил, я превратил их в конкурентособную команду.

— Я уверена, что все в организации хотят добиться успеха.

Он нахмурился.

— Это я все устроил.

— Вы тоже забиваете голы? — шучу я.

Он не улыбается.

— Все в этом здании работают по моему приказу. Когда они перестанут меня устраивать, их уберут. Я не хочу, чтобы мы оказались в таком положении. Ты понимаешь?

Его слова подействовали на меня как ведро ледяной воды на голову.

Я расправляю плечи и смотрю ему в глаза.

— Да. Да, думаю, что понимаю.

Мне начинает казаться, что этот гала-концерт нужен даже не команде, а ему.

?

Мари поднимает глаза от плиты, на которой готовит.

— Передай мне пармезан.

Я протягиваю ей тертый сыр, и она бросает кучу, потом еще.

— Я думала, молочные продукты под запретом? — спрашиваю я, удивляясь.

— Честно говоря, в последнее время мне их очень хочется.

— Джеймс был таким придурком, — говорю я, отмахиваясь от наполовину наполненного бокала вина.

— Харлану он тоже не очень нравится, — признается она.

— Я так и поняла. Но я ожидала, что ты скажешь что-то вроде: «Деньги заставляют мир крутиться, Нова».

Она наклоняет голову, протягивая руку за своим вином.

— Я так не говорю.

— Ты немного преувеличиваешь.

Ее глаза закатываются, и я нахожу улыбку.

— Джеймсу скучно, и он пытается где-то оставить свой след. Его семья попала в заголовки благодаря своей деловой хватке, и он тоже хочет видеть свое имя в газетах.

— Я не публиковала фотографии. Ты же не думаешь, что Джеймс сделал это сам?

— Нет. Тот факт, что это вышло без его ведома, разозлил его, но, вероятно, еще больше разозлил тот факт, что его имя ни разу не было упомянуто.

— Тогда, должно быть, это сделал кто-то другой, вероятно, в качестве шутки.

Когда Мари пригласила меня на ужин, я сразу же согласилась.

— У меня есть хорошие новости, — говорю я. — Один галерист в Нью-Йорке хочет устроить выставку моих работ.

— Правда?!

— Ммм… Я не была уверена, что соглашусь, но, судя по тому, что говорит Джеймс, мне нужно начинать продумывать свои дальнейшие действия.