Отвернувшись к окну, положила руки на колени и сделала все возможное, чтобы вся нервозность улетучилась. Но это не сработало.

— Что тебя беспокоит?

Этот вопрос едва не заставил меня подпрыгнуть. Я посмотрела на Дейна и пожала плечами.

— Ничего.

— Ты чем-то раздражена. Чем?

— Это не важно.

— Но это беспокоит тебя настолько, что ты словно готова ударить кого-нибудь, — он положил телефон в карман и нажал кнопку, которая подняла ширму между нами и водителем.

— Сегодня вечером мне нужно, чтобы ты была полностью поглощена нами. Твои мысли на должны витать где-то ещё. Итак, скажи мне, что не так.

Я вздохнула.

— Сегодня Оуэн пришел ко мне домой.

Лицо Дейна стало немного суровым.

— Что он хотел?

— Поговорить, — не желая вдаваться в подробности, я неопределенно добавила: — Он может доставить проблемы.

— Он хочет вернуть тебя, — догадался Дейн, его тон был резким. — Я думал, он женат.

— Суды по всему, он и его жена подали на развод. Я сказала ему, что у меня кое-кто есть. Я не сказала, кто, — поспешила добавить.

— Это его отпугнуло?

— Нет, но рано или поздно он отступит.

— Если этого не случится, то я с ним разберусь, — Дейн поправил запонку. — Кто разорвал помолвку? Ты или он?

— Он, — неохотно призналась я.

— Почему?

Я мысленно застонала.

— Нам обязательно об этом говорить?

— Это как раз то, что мне нужно знать, если мы хотим провернуть наш номер. Обычно женщина рассказывает своему новому партнеру, почему она рассталась с бывшим, верно?

Верно.

— Он хотел начать все сначала и найти себя. Что означало оставить позади что-то или кого-то, кто был частью его прошлой жизни.

— Я понимаю. Ты устроила ему разнос?

— Нет. Я пожелала ему всего хорошего и повесила трубку.

Брови Дейна сошлись на переносице.

— Он разорвал помолвку по телефону?

Я коротко кивнула.

— Думаю, теперь ты понимаешь, почему я не была рада видеть его в «o-Verve».

— У него есть шанс вернуть тебя?

— Черт возьми, нет.

Взгляд Дейна пригвоздил меня к месту.

— Ты должна быть уверена, Виена. Я не могу допустить, чтобы ты отказалась от меня через несколько месяцев, заявив, что не можешь осуществить наш план, потому что поняла, что все еще любишь его.

— Этого никогда не произойдет по двум причинам. Во-первых, я его не люблю. Во-вторых, я бы не оставила тебя вот так в беде.

— Ты уверенна что сможешь сдержать слово?

— Да. И ты знаешь, что я его не нарушу.

В этот момент машина начала замедляться. Я выглянула в окно и увидела ресторан поблизости.

Когда машина остановилась, Дейн сказал:

— В тот момент, когда мы выйдем из машины, там будет…

— Свет, камера, толпа? — уточняю я у него.

— Да. И мы будем сохранять образ до конца вечера. Я доверяю Сэму, но даже он не должен знать, что это не по-настоящему. У него нет твоего бесстрастного лица. Если бы кто-нибудь спросил его о нас, они бы увидели его ложь насквозь.

— Понятно.

Дверь с моей стороны быстро распахнулась. Я улыбнулась Сэму, выскользнув из салона. Мы обогнули машину, подойдя к Дейну. Повернувшись лицом к ресторану, я не упустила быстрый вздох Дейна позади. Благодаря со вкусом подобранному V-образному вырезу на платье моя спина была почти обнажена.

И это не помешало ему положить руку мне на поясницу, разместив ладонь чуть выше моей задницы. Это было дерзко и по-собственнически, отчего у меня в животе все затрепетало.

Непринужденно и уверенно он повел меня в ресторан. Давление его руки было легким, но при этом доминирующим, поскольку он, как и всегда, взял все под свой контроль.

Я приподняла брови, оглядывая ресторан. Это был не обычный ресторан. Здесь не было ни удобных кабинок, ни настенных телевизоров, ни пустых столов, заваленных грязной посудой, ни официанток в мини-юбках.

Я также нигде не увидела ни одного ребенка. Здесь было много элегантно одетых дам и ухоженных мужчин. Обслуживающий персонал был так же элегантно одет, как и посетители.

Зашептались голоса. Звякнуло столовое серебро. На заднем плане тихо играла классическая музыка. С дорогим декором, подвесными люстрами и хрустальной посудой это место было одновременно очаровательным и пафосным. Приглушенное освещение и мерцающие свечи также придавали ему уютную, интимную атмосферу и смягчали его снобистские нотки.