– Ты ей не сказал? Серьёзно? – Дамир последний раз окинул взглядом жертву брата и последовал за ним. Играть с девчонкой ещё не время.

***

– Так зачем ты здесь, брат?

Дамир вновь жёстко усмехнулся, взбалтывая напиток в хрустальном фужере.

Ведь прекрасно Даниэль понимал, зачем он здесь. И почему тот вечно любил прикидываться глупцом , озвучивать вопросы, на которые точно знал ответы?

– А то ты не знаешь. Скоро Большая охота, – задумчиво протянул он. – И раз ты, мой малохольный родственничек, от нас сбежал, отец попросил меня заняться поиском места. И знаешь, кажется я уже нашёл, – провёл он указательным пальцем по губам. – А ещё я нашёл себе жертву!

Если всё до этого Даниэль слушал без интереса, то последние слова его насторожили.

Пусть Дамир нашёл место, пусть сровняет с землёй эту деревню, по недоразумению, не иначе, называющийся городом, но слова о жертве... Он точно сказал "жертва", а не "добыча"! Только бы Даниэлю показалось, пусть это будет не так.

– Жертву? Что ж, поздравляю, брат, – Даниэль не стал расспрашивать брата, на что тот явно рассчитывал. Знал, что тот не ответит. Наверное, это стало ещё одной ошибкой в череде многих.

– Я смотрю и тебя можно поздравить? Хорошая девушка эта твоя Дарина, что-то в ней есть, – откинул он голову, рассматривая желтоватый потолок гостиной.

Взгляд младшего из братьев мог бы испепелить его соперника, оставить лишь пепел на кресле и ковре.

– Не трогай её, Дамир, не смей, – не голос, шипение. Мужчина аж приподнялся в кресле.

Дамир Люпо лишь вновь усмехнулся. Он уже сообщил их отцу и вожаку, что место для Большой охоты, а также что в этот раз у него будет жертва. О, это будет великолепная, просто сказочная месть Даниэлю! А потом он заставит младшего утирать кровавые слезы.

***

Утром следующего дня Даринка проснулась с больной головой, что было неудивительно, ведь во сне она снова спасалась бегством от одного волка, прибежав к другому. Как же реалистичны были эти сны! И как тяжело было вырваться из их оков.

Она собралась на экзамен, при этом её не оставляло предчувствие, что она его завалит. Слишком уж нервничала. Девушка попыталась дозвониться до тётки, набирая поочерёдно номера Ольги Вячеславовны и Кости, но обе трубки молчали. И как в таком состоянии сдавать химию? Никак. Она попробовала позвонить в больницу, но злая тётка, ответившая на звонок, посоветовала девушке придти в приёмные часы, не дав никакой новой информации.

Отчаянно зевая, она добралась до школы. Ребята и преподаватели, наслышанные про несчастье, случившееся в приютившей её семье (городок маленький, слухи распространяются быстро), сочувственно поглядывали на девушку. Казалось, от былой непрязни не осталось и следа, ведь такое, как с Костей Печёрским, могло случиться с каждым. Школьный учитель, сопровождающий их на этот экзамен, даже предложил ей отправиться домой, говоря, что девушка сможет пересдать предмет в дополнительный день, а он в свою очередь поможет получить справку от врача, что в основной день девушка была больна. Только Дарина Волкова была непреклонна: раз пришла, стоило попытаться сдавать, иначе как она собирается людей спасать?

Как ни странно, но усевшись за парту и получив свой вариант, она совершенно успокоилась. В голове больше не бегали лишние мысли. Девушка была совершенно собранной и сосредоточенной.

И она написала этот тест! О да, собой Дарина Волкова могла быть довольна. Девушка выжала из себя всё, что знала, даже рассчитала задачки, которые до этого ей не очень-то давались. Неужели для того, чтобы собраться, ей необходимы такие встряски?

Её сегодня не встречал Дан. Да и утром его не было видно. Он даже не пожелал ей удачи, как всегда делал. Не было от него даже короткого сообщения, которыми они частенько перебрасывались. Дарина, конечно, расстроилась, но кто она для него? Наверное, они с братом просто засиделись, разговорились, ведь давно не виделись. И пусть Даниил вчера был настроен против своего старшего брата, но за ночь могло многое перемениться.

Выйдя из школы и не увидев Дана и его машины, она направилась прямиком в больницу.

Константин Печёрский был всё в том же тяжёлом состоянии и не приходил в себя. Ольга Вячеславовна встретилась с Волковой, точнее та пришла в палату тёти Оли. Девушка сама чуть не разревелась, увидев тётку: та была просто в ужасном состоянии. Она говорила, но бессвязно, глаза были на мокром месте, и через слово она упоминала Костю. Когда племянница уходила, оставив столь любимые Ольгой Вячеславовной бананы и киви на прикроватной тумбочке, та всё же разревелась. Но не могла Дарина весь день просидеть с тёткой и держать ту за ручку. Уже от врача она узнала, что у Ольги Печёрской нервный срыв и что женщину ещё пару дней продержат здесь.

Она выходила из светло-голубых стен больницы, жмурясь от яркого слепящего солнышка, когда её окликнул такой знакомый, ставший родным голос, в котором сейчас слышалось беспокойство.

– Дан? – удивилась она. Счастливая улыбка расцвела на её лице, заставив лицо полностью преобразиться. Счастье плескалось и в колдовских глазах. – Рада тебя видеть! – искренне сказала она.

– Привет, Луна моя, – улыбнулся он, но лицо мужчины вновь стало замкнутым. – Дарина, – давно он её не называл полным именем, – ты должна уехать. Сегодня же.