Девушка притихла, крепко обхватив его шею руками, а Шеннон гладил её по волосам и мерно раскачивался из стороны в сторону. Он вдруг чётко осознал, что Энн важна для него как родной человек, часть его жизни, но любовь… любовь совсем не то определение, которым можно охарактеризовать его чувства. Шеннон просто привык к тому, что всё вот так. Что где-то там, в солнечном Лос-Анжелесе, в просторной квартире-студии, с панорамными окнами, есть белокурая нимфа, способная подарить ему несколько дней полной перезагрузки. Они занимались сексом, ходили на выставки и в рестораны. Но, уезжая на премии или отправляясь в промотуры, Шеннон будто забывал о ней, а Энн не сильно старалась о себе напоминать. В последний год они даже толком не созванивались, когда расставались надолго. Да что там, весь последний год он только и делал, что разъезжал по миру и упустил момент, когда в его девушке произошли такие изменения. Сейчас, когда организм по привычке откликнулся на прикосновения нежных умелых рук, Шеннон никак не мог отделаться от ощущения, что всё происходящее между ними — фатальная ошибка. Ну а то, что творилось с поведением и эмоциями Энн, и вовсе пугало.

— Мне пора… — словно очнувшись от транса, девушка медленно подняла голову.

— Куда? — удивился Шеннон. — Ты же только приехала!

— Я прилетела увидеть тебя, но меня ждут клиенты, да и работу оставлять нельзя…

— Останься хотя бы на пару дней, Энни! — Шеннон попытался поймать её взгляд… не получилось. — Давай прогуляемся, я покажу тебе Лондон.

— Я… я… — внезапно занервничала девушка. — Я правда не могу, Ши… Здесь нет… не та атмосфера… Я очень люблю тебя, — она порывисто поцеловала его в губы. — Но мне действительно пора…

— Энни, — Шеннон обхватил маленькое лицо ладонями и заставил её на него посмотреть. — Покажись врачу, иначе я насильно тебя к нему поведу, когда вернусь!

— Хорошо, любимый, — улыбнулась она. — Я сделаю это ради тебя. Ну так что, проводишь меня до такси?

— Я съезжу с тобой в аэропорт и удостоверюсь, что ты села в тот самолёт, — обречённо выдохнул парень. — А то твоя муза заведёт куда-нибудь в Зимбабве.

— Итак, непревзойдённая Джессика Элизабет Эванс, пора осчастливить светское общество своим появлением!

Девушка забавно сморщила аккуратный носик и оглядела себя в зеркало. Миниатюрная фигурка, волны каштановых волос, высокие скулы и яркие голубые глаза с угольно-чёрным ободком вокруг радужки.

— Как всегда, неумолимо красива… м-да… И не в меру скромна, — усмехнулась она.

После отношений с Ником, самооценка Джессики не поднималась выше отметки «ноль». Все комплименты в её адрес неизменно отскакивали от стены шуточек и сарказма. Психотерапевт, которого она посещала первые пару месяцев после возвращения домой, немного исправил ситуацию, но потом Джесс выбрала самостоятельный путь. Время шло, и каждый новый день дарил новое ощущение себя. Вот и сейчас девушка повертелась перед зеркалом и скептически вздохнула. Путь к принятию предстоял неблизкий.

— Ты там заснула что ли? — Сэнди, ожидавшая подругу у двери, нетерпеливо подпрыгивала.

— Лечу на крыльях любви к тусовкам! — Джесс торопливо сбежала по лестнице.

— Дже-есика-а… — протянула Сэнди, восторженно взмахнув руками в воздухе. — Ты, мать его, хороша… Огонь, детка!

— Да-да, знаю, я уже провела аутотренинг и возблагодарила вселенную за красивую мордашку, — засмеялась Джесс. — Даже страшно выходить на улицу… Утащат ведь по дороге и распилят на сувенирчики!

— Балда! — прыснула Сэнди. — Когда только уберёшь весь этот изюм из головы.

— Я не могу без изюма, — Джессика деловито покачала головой. — Без изюма я совсем пресная булочка.

— Пойдём уже, булочка!

Девушки, пихаясь и смеясь, вылетели из дома и направились в боулинг-клуб.

Такси, в котором ехал Шеннон, медленно ползло по оживлённым улицам.

Казалось, сегодня весь Лондон решил насладиться прогулкой по Флит-стрит. Люди толпились у заведений, прогуливались вдоль дороги, оживлённой толпой стояли на светофорах. «Будто кто-то разрушил огромный муравейник», — подумал парень и улыбнулся.

И всё же его мысли были далеко от этой суеты. Впервые за долгое время он думал об Энн и о том, что с ней происходило. Весь этот богатый на творческую деятельность год они виделись урывками, и видимо, в какой-то момент Шеннон упустил нечто важное, что повлияло на его девушку. Чувство вины мерзким червячком проникло под кожу. Уверенность в том, что Энн слишком самодостаточна, и названивать ей каждый день без особого повода нет смысла, сыграла с ним злую шутку. Шеннон думал, что она всегда скажет, если вдруг ей понадобится помощь, позвонит в любое время суток и, в случае чего, потребует его присутствия. Он был уверен, что между ними всё прозрачно, и не заметил, как кристально чистое стекло их отношений покрылось слоем дорожной пыли.

Память заботливо подкинула ему воспоминания годичной давности. Период, когда Шеннон ежедневно пропадал на студии «LA_Stars.records», записывая первый альбом. В какой-то момент он заметил, что Энн стала отстранённой и молчаливой. По утрам она отправлялась на пробежку, а если ему удавалось вернуться из студии раньше ночи, то часто находила повод улизнуть от совместного времяпровождения. Тогда мысль о том, что в жизни девушки появился другой мужчина, навязчивой мухой поселилась в голове. Почему бы и нет? Учитывая его постоянное отсутствие, охлаждение их отношений, это было бы не удивительно. Он даже пытался поговорить, но все разговоры заканчивались постелью и уверениями, что это плод его воображения.