— Я тебя понял. И… согласен на твое предложение. Но не забывай, Кира, одно мое слово… — Договаривать он не стал. Да слов больше и не нужно, и так все понятно.

Буду послушной девочкой, которую он хочет видеть, и никто не пострадает, стоит мне дернуться с поводка не в ту сторону и придет расплата.

Слышатся торопливые жесткие шаги. К нашему столику приближается Рустам.

— Самолет будет готов к вылету в течении часа. Какие — то технические неполадки у них случились, вот и пришлось задержаться.

— Отлично. — Довольно кивает. — Успеем еще кофе выпить.

В этот момент на все здание аэропорта разносится женский голос диспетчера, внезапно прервавшего свое объявление о регистрации пассажиров. — Внимание, чрезвычайная ситуация. Просим всех покинуть здание через выходы для эвакуации. Просим сохранять спокойствие во избежание травм.

Люди вокруг подрываются со своих мест и торопливым шагом направляются на выход.

— Узнай в чем дело! — Бросает своему псу.

Рустам достает телефон, кому — то звонит. А после минутного разговора выдает. — В аэропорт поступил звонок. Сообщили, что заложена бомба. Все вылеты отменены. Сейчас приедут менты, будут проверять все здание. Что будем делать?

— Не нравится мне это… Менты говоришь… как же не вовремя. — Нервно стучит пальцами по столешнице. — Меняем план. Позвони нашему другу генералу Махмедову. Скажи, что мне нужно позаимствовать вертолет. Пусть скинет координаты военной базы. Поедем сейчас туда. На вертолете доберемся до соседней области и оттуда будем передвигаться на машинах. Организуй.

— Понял. — Рустам развернулся на пятках и пошел вперед, следом поднялся Коля и дернул меня.

Приобнял за плечо, заставляя идти рядом, в бок под ребра мне уперлось что — то твердое. Скосила взгляд — бумажник, только странный какой — то.

— Это электрошокер. — Тихо прошептал мне в ухо. — Дернешься, пущу его в ход. — Сделал предупреждение.

Ладно, придется потерпеть его близость, все — таки не хочется получить разряд.

— Уж не твои ли «друзья» расстарались? — Продолжает говорить мне на ухо.

— Откуда мне знать? — Оскаливаюсь. — Я ведь все время была у тебя на виду. Предупредить бы точно не смогла.

— Да — да, не смогла бы. — Бормочет растерянно.

Предупредить бы не смогла, а вот трекер, о котором я благополучно забыла до этого момента, могли и засечь! — Ликую внутри.

Не Муромец, если это твоих рук дело, тогда — не подведи!

Рустам идет первым, рассекая толпу словно ледокол, следом наша слипшаяся намертво «парочка».

Мы целенаправленно идем к центральному выходу, там недалеко на парковке стоит машина, на которой мы сюда доехали.

Проходим по длинному коридору в сторону выхода, и в этот момент наблюдаем, как в здание стремительно вбегает отряд быстрого реагирования, все ребята в балоклавах и с оружием наперевес.

Коля напрягается всем телом, сильнее вдавливая мне под ребра электрошокер.

Но как только все люди в форме пробегают мимо, не обращая на нас никакого внимания, выдыхает и чуть расслабляется.

Меня же накрывает разочарованием. Похоже не по мою душу, ребята.

Поднимаю голову, безразлично всматриваясь в гомонящую толпу, и в этот момент в моем мозгу что-то щелкает, взгляд цепляется за высокую фигуру парня с рюкзаком, вышагивающего рядом с Рустамом.

Почему у меня такое чувство, что я его знаю?

Парень поворачивает голову вполоборота, и я действительно его узнаю!

Демьян!

Он будто случайно толкает плечом Рустама, тот оборачивается в его сторону.

Демьян подмигивает ему и доброжелательно улыбается, и с той же улыбочкой совершенно неожиданно бьет его согнутой ладонью прямо в основание черепа. Рустам кулем падает на пол.

В этот же миг Коля рывком отлетает от меня.

Не успеваю ничего сообразить, как оказываюсь прижата к большому и крепкому телу, знакомый родной запах тут же окутывает с ног до головы.

Отстраняюсь, чтобы посмотреть в любимые глаза.

— Илья! — Вырывается со всхлипом.

— Я здесь… я нашел тебя…все хорошо… — Шепчет, беспорядочно бегая глазами по моему лицу. — Ты в порядке, Кира? Не ранена?

— Нет. — Мотаю головой. — Ты пришел за мной…правда пришел… — Говорю, не до конца уверенная, что все происходит в реальности. Радости моей нет предела, всех слов мира не хватит передать, как же я счастлива сейчас видеть своего Илью здоровым и невредимым.

— А как иначе. Любимая моя. — Смотрит с нежностью и прижимает к себе крепче, а мне позорно хочется разреветься, выплеснуть всю боль и переживания, которые я в себе сдерживала в эти часы неизвестности.