Королева резко поднялась с кровати, накинула на обнаженные плечи шелковый халат и подошла к зеркалу. Сейчас она уже не сможет заснуть.

Из зеркала на нее глядела женщина средних лет, скрывающая свои морщины и усталость за магией. Магия сохраняла ее лицо молодым, а тело таким же подтянутым, как двадцать лет назад. Но внутри она чувствовала себя гораздо старше, чем должна была.

«Сейчас решающий акт моей жизни. Если с камнями ничего не выйдет, то все будет кончено. Моя династия превратиться в прах, а от меня останется только портрет, что будет висеть в холле, на радость других царских особ. Вся моя жизнь — череда поражений, игры со смертью. Я не знаю, кому молиться за свой успех. Пантеон Богов ни за что не поддержит меня, ведь я свергаю божественные законы. Остается только молиться самой себе».

Она сжала кулаки, и отвернулась от зеркала, не в силах смотреть на свою жалкую физиономию. В этот момент она услышала шелест бумаги. Взгляд упал на входную дверь — слуга подсунул письмо в щель под дверью.

— Почта? В такой час? — потянулся Ануир в своей постели.

Интересно, его заботит собственная смерть? Ведь Ануир убил людей на своем пути не меньше, чем она? Аквилегия качнула головой. Впустив в свою жизнь этого мужчину, она слишком много стала думать о нем.

— Послание от шпионов. Ничего хорошего, — спокойно сказала Аквилегия, опустилась, чтобы поднять конверт. Режущим заклинанием сняла печать и вытащила короткую записку. В черных глазах зажегся огонек гнева.

— И что там? — послышался с постели голос любовника. — Война?

— Хуже, — сквозь сжатые зубы тихо сказала Аквилегия. — Сестра короля скоро прибывает в город.

??????????????????????????

— Айрин! Эшер! А вот и вы, — Дизгария встретила нас с бодрой улыбкой на лице, как будто готовилась свернуть горы. Я решила, что новости нас ждут от Хеленикуса хорошие, раз она такая радостная. Хотя я бы лучше провела еще пару часиков в нашей лачуге рядом с Эшером, чем слушала все радостные и невероятные новости сегодняшнего дня. Но с другой стороны, наша свадьба и так отняла много времени, а планы Аквилегии не ждут.

Дизгария проводила нас от входа в дом вождя прямо в обеденный зал, где собрались все тени, и тут еще был Алан, и Фаталирия. На длинном столе отсутствовала еда, зато красовалась довольно подробная карта местности. Хеленикус стоял во главе стола и уже что-то объяснял Риливикусу.

— Мы опоздали? — спросил Эшер, когда головы все присутствующих повернулись к нам.

— Нет, напротив, мы только собирались начать, — Хеленикус нам улыбнулся, в уголках его глаз проступили глубокие морщинки. — Присаживайтесь, и я расскажу всем, что нам удалось выяснить.

Все с нетерпением уселись по местам и приготовились слушать.

— Вы проделал хорошую работу, — обратился вождь в первую очередь ко мне, Дизгарии и Ривален. — Слова скопированы довольно удачно и точно. Помимо того, на что способны эти камни, удалось выяснить их историю, и, конечно же, как их уничтожить.

— Давайте сразу перейдем к уничтожению, — переминался с ноги на ноги Риливикус, стоявший рядом с вождем. — Это целое испытание, и нам понадобится много времени…

— Пять минут ничего не изменят, — покачала головой Дизгария, положила руку ему на плечо, и древний слегка расслабился. — Все-таки нужно знать, с чем мы имеем дело, и почему так важно уничтожить эти камни.

Хеленикус окинул всех взглядом, и, не встретив возражений, начал рассказ.

— Таблички написаны интересным образом, и складываются в какую-то песню. Подобие баллады, но написанной по своим правилам. Этому тексту около двух тысяч лет. Он написан еще во времена Первого города, нашими дальними предками. — Шаман посмотрел на меня. — Та ведьма, которую ты встретила в темницах дворца, была потомком неких хранителей, которые эти камни и запечатали. Они провели ритуал, дабы уберечь мир от зла и силы, что хранили эти дары богов. Они принесли в жертву одиннадцать жизней, чтобы провести ритуал и запечатать их под землей.

Я сглотнула. Очень надеюсь, что нам не придется приносить в жертву одиннадцать жизней, чтобы избавиться от камней. Хеленикус прочитал эту же мысль на моем лице, и на лице некоторых древних, и пояснил:

— Но это были только полумеры. Для настоящего уничтожения, как написано на табличках, нужно было подождать много лет, пока не придут их дети, и не закончат начатое.

— Нам придется искать детей хранителей? — протянула Ривален без всякого энтузиазма.

— Не перебивай, пожалуйста, — строго посмотрела на нее Дизгария.

— Нет, не придется, — покачал головой Хеленикус. — Как я понял, под детьми подразумевались не конкретно их прямые потомки… Хотя, не ошибусь, что в каждом из нас может течь кровь этих хранителей. Они жили на этих землях. По сути, все жители Гернсэта являются потомками хранителей.

— Тогда, задача стала бы гораздо проще, — тихо усмехнулся Авеликус, сидевший справа от меня.

— Но для уничтожения камней нужны другие меры, — продолжал Хеленикус, прочистив горло. — Позвольте процитировать мой собственный перевод: «Когда наши дети станут настолько разными, что отличия заставят их ненавидеть друг друга настолько, что их общие дети станут изгоями и отверженными для всех сторон, именно им предстоит погасить дары богов, смешав свою кровь с первым снегом долгой бури».