Полицейские тоже долго разговаривали с ней, он видел ее сидящей за столом через стекло комнаты, в которой находился. Несмотря на то, что он был в полицейском участке, Джейкоб все еще чувствовал себя напуганным, но не настолько, как с той другой женщиной. Он рассказал офицерам все, что знал, и хотя не хотел говорить им, что сбежал от своего папы в закусочной, он понимал, что не может лгать. Поэтому рассказал им, что убежал от папы, и хочет вернуться к бабушке и дедушке. Но он все еще боялся, что его папа может объявиться в любой момент.

Он хотел, чтобы мамочка поторопилась, и Тобиас тоже, и чтобы они все могли поскорее вернуться домой. Этого Джейкоб желал больше всего на свете.

— Джейкоб, ты голоден? — спросила милая женщина-офицер.

Он кивнул. Ему безумно хотелось есть.

— Я посмотрю, что могу тебе предложить, — сказала она и встала.

— Не уверен, что это потребуется, — сказал другой офицер. — Его мама уже в пути.

Джейкоб повернул голову.

— Ты слышал, Джейкоб? Твоя мама уже в пути.

— Она едет сюда?

Офицер улыбнулась ему.

— Не успеешь оглянуться, как она приедет.

~~

Крепко держа Тобиаса за руку, Саванна с бешено колотящимся сердцем вошла в полицейский участок. Все вокруг казалось размытым пятном, так быстро она оглядывала оживленный полицейский участок в поисках Джейкоба. Помещение кишело офицерами, трудящимися, как пчелы, но ее сына нигде не было видно. Пока Тобиас разговаривал с офицером, шум постепенно стихал, и она осознала, что все смотрят в ее сторону.

Вскоре их провели по коридору и показали комнату в конце. Она уже заметила через стекло ярко-желтую футболку и, как только полицейский открыл дверь, вскрикнула, увидев сына на большом кожаном кресле с подголовником. С прерывистыми рыданиями она подлетела к нему.

— Джейкоб!

Она обняла его так крепко, словно больше никогда не отпустит, и держала очень долго, наслаждаясь ощущением его крошечных ручек на своей шее и маленького тельца, прижимающегося к ней. Через некоторое время она заставила себя отстраниться настолько, чтобы внимательно рассмотреть его лицо — ее испуганный взгляд метался по нему, проверяя, не причинили ли ему боль. Она обхватила его лицо, изучая каждую пору, пытаясь заглянуть глубже в глаза, выяснить, что с ним случилось. Настоящие шрамы могут быть невидимы глазу, и она знала, что ей придется внимательно следить за сыном.

Ей хотелось задать миллион вопросов, узнать о том времени, когда он пробыл один. Ей нужно знать все, чтобы никогда не забывать и не отпускать вину; чтобы больше никогда не совершить ту же ошибку, вновь выпустив его из виду.

— Мамочка, — голос прозвучал так устало, что она едва его расслышала. — Ты пришла.

— Так быстро, как только могла. Ты в безопасности, милый. Ох, слава Богу, ты в безопасности. Тебя кто-нибудь обидел? — спросила она, когда сын вцепился в нее стальной хваткой.

Она потерялась в сюрреалистической благодарности момента и умиротворении от осознания того, что оказалась одной из счастливиц, которые смогли вернуть своего ребенка.

Джейком покачал головой.

— Но я испугался, мама.

Саванна подавила всхлип, который застрял у нее в горле, как рыболовный крючок. Сжав зубы, чтобы не развалиться на части, она собрала каждую каплю энергии в своем теле.

— Я знаю, Джейкоб, знаю, что ты испугался, но ты сильный и храбрый мальчик, и сейчас мы отвезем тебя домой. Я больше никогда тебя не покину.

Все это время Тобиас молча стоял рядом, и она снова осознала его присутствие только тогда, когда почувствовала его руку на своем плече. Медленно поднявшись с пола, она увидела, что они одни в комнате. Джейкоб бросился к Тобиасу и обнял его за талию, уткнувшись ему лицом в живот. Тобиас без слов поднял ее сына на руки и обнял. В первый момент Тобиас ничего не говорил, а по тому, как сжались его челюсти, Саванна поняла, что он тоже боролся за то, чтобы оставаться сильным.

— Ты заставил нас поволноваться, приятель.

Джейкоб поднял голову.

— Я пытался походить на Железного Человека.

— Правда? — ласково ответил Тобиас. Джейкоб кивнул. — Ты убежал, потому что я сказал тебе это? — спросил Тобиас.

— Я его боялся, — прошептал Джейкоб. — И хотел найти маму.

— Как же здорово, что ты вернулся, — сказал Тобиас, еще раз обнимая мальчика. Нижняя губа Джейкоба задрожала, он обвил руками шею Тобиаса, словно крошечный человеческий зажим.

Она смотрела на них двоих, и по ней прокатилась волна облегчения, напряжение, которое скрывалось глубоко в мышцах, начало медленно покидать тело.