Он качает головой.

— Ты важна, София. Важнее, чем любой дом, который у меня был или когда-либо будет.

Пожалуйста, мне нужно, чтобы он прекратил это. Перестал разбивать мне сердце каждым своим словом, которое не доказывает его ненависти ко мне. Он ни разу не показал мне, что ненавидит меня, но, черт возьми, это мне нужно. Так будет намного проще бросить его, когда колледж окончится.

Он слегка наклоняется ко мне, не слишком сильно, но достаточно, чтобы мой пульс сошел с ума.

— Я собирался достать тебе одну из тех порнокниг, которые тебе, кажется, нравятся, — говорит он немного хриплым голосом. — Но я не мог придумать ни одной книги, которой у тебя еще нет, которая заинтриговала бы меня купить её.

На коже появляется розовый румянец, я в этом уверена.

— Откуда ты знаешь о моих «порнокнигах»?

Его руки лежали на моих коленях, по моему телу пробежала дрожь. А потом… он подмигивает. Он. Черт возьми. Подмигивает. И что еще хуже, он добавляет ухмылку.

Привет, Боже, это снова я.

ГЛАВА 29

«Ты ранишь мое сердце как никто» — Shivers by Ed Sheeran

Аарон

— Пия, Эмма, Джейн, — говорит София, улыбаясь друзьям, — das ist Aaron, mein Freund[12 ]. — Её рука сжимает мою, не знаю почему, но я не жалуюсь на это.

Я имею в виду, что девушка, в которую я влюблен с тех пор, как мне показалось, что прошла вечность, держит меня за руку, сжимает её. Неважно, ради утешения, в знак её лжи или по какой-либо другой причине.

Кроме того, я не совсем понимаю, что только что сказала София, но это очень походило на вступление. Я смог разобрать некоторые имена, так что это единственный логичный вариант, верно?

Друзья Софии оглядывают меня с ног до головы, ухмыляясь. Клянусь, у одной из них даже возбужденные глаза. У брюнетки, если быть точнее. Не уверен, как её зовут, но я предполагаю, что одна из тех, кого только что назвала София.

Поскольку я не хочу замечать горячие взгляды других женщин, я оглядываю сарай. Да, чертов сарай. Кто, черт возьми, устраивает вечеринку в сарае? Я рад, что мы оказались внутри, потому что на земле должно быть не менее фута снега, но… сарай?

К моему удивлению, сарай отапливается, как я полагаю, переносным обогревателем или несколькими из них.

Сарай достаточно большой, чтобы вместить всю деревню, и при этом в нем еще останется достаточно места, чтобы все могли дышать и нормально ходить. Весь интерьер уютный; повесили гирлянды, одеяла на случай, если кто-то замерзнет, столы с рядами еды и напитков, повсюду тюки сена и удивительно большое количество столов и стульев.

Это отличается от того, что я знаю, но нет ничего, к чему я бы не смог привыкнуть.

— Он не говорит по-немецки, — слышу я слова Софии, одновременно с тем, как она тянет меня за руку и смотрит на меня. — Джейн спросила, что тебе больше всего нравится в Германии.

— София. — Самый очевидный ответ. Где бы я ни был, моим ответом всегда будет София. То есть, если она там со мной. — Нет ничего прекраснее её.

Черноволосая девушка — вероятно, Джейн — пристально смотрит на меня.

— Блин, где ты нашла этого парня? Можно ли их где-нибудь купить?

Должен сказать, она красива. У Джейн красивое лицо, не слишком симметричное, темно-карие глаза, которые без падающего на них света кажутся почти черными. Нос у нее не кривой, а скорее заостренный, ноги длинные и стройные.

И все же, когда я думал, что кто-то вроде нее как раз в моем вкусе, мое внимание оставалось на одной брюнетке с изгибами в нужных местах, медово-карими глазами, милым носиком и красными губами, которые хотелось целовать.

София хихикает, затем прислоняется головой к моей руке, ее свободная рука теперь тоже держит меня.

— Сомневаюсь. И не продолжайте потакать его эго. Он хоккеист, эго Аарона уже размером с Аляску.

— Хоккеист? — Интерес рыжей подогревается, её брови поднимаются вверх, пока не исчезают под челкой. — Я думала, что Леон станет для тебя уроком.

Какого черта все так одержимы этим ублюдком-мошенником?

— Разве они все не одинаковые? Сомневаюсь, что хоть один спортивный парень сможет хранить верность своему партнеру, особенно когда он по полгода в разъездах, — добавляет самая последняя из подруг Софии, с любопытством разглядывая меня.

Я качаю головой, искренне не понимая, как кто-то из них может делать такие смелые предположения. Я уверен, что есть спортсмены, которые не хотят связывать себя с кем-то другим, но я не один из них.