Глаза Саймона заметили какие-то передвижения в оранжерее. В ней светились яркие юбки платьев. Затем дверь распахнулась и оттуда выбежала девушка. Это была Шарлотта. По ее несчастному лицу можно было сказать, она была чем-то расстроена. Другая девушка оставалась в оранжерее. Размытый дождем силуэт выглянул в открытую дверь. Там стояла Оливия. Ему стало очень интересно, что же она делала там с Шарлоттой, отчего та убежала чуть ли не в слезах. Эта испытывающая его фигурка побежала к дому вслед за Шарлоттой.

В дверь постучали. Вошел Фредди, покручивая в руках кепи.Он поклонился. Саймон продолжал стоять, не оборачиваясь.

– Вызывали, ваша светлость?

– Да. Хотел спросить тебя. Уже надумал, куда поедешь?

Не поднимая головы, он ответил:

– Я хотел уехать из Лондона. Наймусь каким-нибудь помощником на ферме, огородником или пастухом.

– В деревнях любят платить за работу не деньгами, а пойлом. Оттого ты туда собрался?

– Нет-нет, ваша светлость. Больше никогда. Мне хватило уже того, что я потерял, - решительно проговорил он.

Юноша переминался с ноги на ногу, не смея взглянуть на Саймона. Раскаивается. Твердость голоса Фредди подкупила его. Он надеялся, что его слова были не пустым звуком. Саймон повернулся к нему лицом.

– Ты можешь остаться.

Фредди встрепенулся.

– До первого промаха, естественно. Можешь приступать к своей работе прямо сейчас и не стоит благодарности.

Глаза бедолаги наполнились влагой, но на этот раз от радости. Он был так счастлив, что чуть не кинулся обнимать своего спасителя, но вовремя одумался.

– Я вас не подведу, - кланялся он головой, уходя к двери, - обещаю.

Саймон не мог сдержать улыбки.

– Я надеюсь. Позови сюда миссис Рутнер.

Фредди ушел. И через минуту вошла Изабель.

– Саймон, ты все-таки принял его!

Саймон кивнул. Этого ей было достаточно, чтобы обнять его.

– Ну достаточно.
– Освобождаясь от слезной благодарности, он продолжил: - Скажи мне, Изабель, ты видела среди гостей такую приятную леди? Ее зовут леди Уотсон.

Экономка энергично закивала.

– Конечно, да. Мы с ней познакомились в саду.

Саймон удивленно посмотрел на нее. Вот так дела! И когда только они успели?

– Как она тебе?

Изабель сказала как на духу:

– Хорошая молодая леди, очень приятная и вежливая. Не заносчивая. – Изабель хитро взглянула на него.
– Красивая…

Саймон притворился, что не заметил лукавства в ее глазах.

– Ты не знаешь, где она сейчас?

– Нет, но вчера она провела полвечера в мастерской.

Саймон настороженно посмотрел на Изабель, мышцы его лица напряглись.

– Что она там делала?

Изабель пожала плечами.

– Леди Уотсон попросила меня найти для нее краски и бумагу. Она, спросив разрешения, самостоятельно отправилась на поиски комнаты. И, как видно, нашла.

Саймон потер подбородок.

– Но почему мастерская?

Изабель не могла ответить на этот вопрос. Да и он сам бы не смог. Только она способна это объяснить. Саймон удивлялся, с какой скоростью Оливия все успевает.

– Это она, да? – Изабель легонько пихнула его локтем. – Твоя невеста. Это ее ты хочешь взять в жены?

От Изабель нельзя было ничего утаить. Она всегда видела, когда он лжет. Так зачем скрывать? Саймон только улыбнулся. Изабель радостно обняла его.

– Ты не могла бы ее найти и попросить прийти к мастерской?

– Конечно, дорогой.

Изабель отпустила его и пошла выполнять просьбу.

– Изабель, - окликнул ее Саймон, - расскажи ей новость о Фредди. Я уверен, ей тоже понравится.

Изабель, улыбнувшись, вышла. Саймон хотел знать, что она делала в мастерской помимо написания картин. Он твердо решил выяснить это.

Покинув свой кабинет, Саймон дошел до мастерской и остановился.

В эту дверь он не заходил несколько лет, с тех пор как умер отец. Единственный родной человек по крови и второй, который действительно его любил. Положив дрожащую руку на ручку двери, Саймон медленно повернул ее и толкнул. В комнате было мрачновато из-за нехватки света и пасмурной погоды. Он вошел внутрь. На простынях было несколько слоев пыли и всюду деревянные вещицы. Посередине стоял мольберт. Очевидно, Оливия оставила его. Саймон взглянул на рисунок. Он увидел скворечник, очень похожий на тот, что стоял напротив. Просто один в один. Саймон не мог удержаться, чтобы не дотронуться до него. Вырежи его и поставь рядом с настоящим, никто не поймет с первого раза, какой из них подлинный. У Оливии действительно был талант переводить все на бумагу, будь то живое или мертвое, настоящее или призрачное. В детстве она тоже рисовала неплохо, но то, что он видел сейчас, не идет ни в какое сравнение. Того и гляди картинка оживет и спрыгнет с листа! Саймона заинтересовало, почему она выбрала именно скворечник. Ведь в комнате было достаточно законченных игрушек и украшений.