Шрифт:
– Ива? – требовательно теребит меня за рукав Элли. – Давай, не тяни! Рассказывай!
– Мне срочно нужен дон Теймур, – невпопад отвечаю я. – Вернее, нам срочно нужен дон Теймур. Немедленно. Пока он не назначил этого мерзавца Хорхе главой семейства.
– Но, донна… – нерешительно начинает Бастиан. Прерываю его жестом:
– Я сама с ним свяжусь. Сама. Только сперва подскажите мне кое-что, Бастиан, боюсь не справиться без теоретической подготовки… Если нужно мысленно передать чужие воспоминания, то как вы это делаете? Подозреваю, что слов в нашем случае окажется недостаточно.
***
Бусина вправо, бусина влево,
Бусина алая, бусина белая…
Казалось, я должна была тотчас связаться со свёкром и сообщить ему о бедственном положении нашей гостьи. О том, что взяла её, пусть и невольно, под свою защиту. Что ей, собственно, более требуется его помощь, чем моя. Однако вместо этого я сижу за низеньким столом в гостиной матриарха; передо мной распахнутый ларец, из которого я время от времени достаю по одному шарику, перламутровому или коралловому, и не спеша откладываю в одну из больших раковин. Слева от меня собирается горка из коралловых бусин, справа – из жемчуга…
Что я делаю?
Вернёмся немного назад
Не случайно и не с простой просьбой я обратилась к Бастиану. Когда-то, после моего освобождения из подвалов Омара ибн Рахима, дон Теймур считал из моей памяти картины пережитых ужасов и прямиком транслировал их Совету Магов. Дабы воочию показать и доказать масштаб преступлений Рахимыча. Человеческая память уникальна, в ней фиксируется всё до мельчайших деталей; но на поверхности остаётся лишь то, что считает важным её хозяин. Тем не менее, фон происходящего запечатлевается в клетках мозга, как на фотографии; умеючи, с него можно заполучить сведений куда больше, чем из самых подробных устных рассказов.
А теперь я собираюсь транслировать дону Теймуру всё, увиденное в откровении. Сегодняшний случай вышел за рамки внутренних семейных разборок, когда стараются не выносить сор из избы; побои – это уже насилие, за него, например, в моём мире судят. Для некромантов их главный судия – Архимаг и Глава Клана, вот пусть он и разбирается. В его адекватной реакции, кстати, я уверена. Он ещё и выгоду какую-нибудь из этой ситуации выцарапает, если не для себя лично, так для клана. Вот только на одни эмоции его не возьмёшь; дон Теймур затребует доказательств. А они есть, и хоть не совсем в обычном виде, но всеми здешними судами принимаются. Главное – дать делу ход, а там, глядишь, и прочие улики найдутся, вещественные.
К моей немалой досаде, в ответ на просьбу помочь с пересылкой чужих воспоминаний Тёмный рыцарь лишь покачал головой. Оказывается, менталистика – конёк далеко не всех некромантов. Лишь единицы могут виртуозно работать с памятью: извлекать фрагменты, обрабатывать, передавать. Остальным доступно простое считывание, да и то не всегда. К сожалению, дорогая донна…
Тем не менее, сейчас я занимаюсь ничем иным, как сортировкой воспоминаний. Щёлк! Очередной коралловый шарик падает в раковину по левую руку. Щёлк! Жемчужинка, гладкая до шелковистости, увесистая, солидная… На белом перламутре играют цветные блики от витражных окон. Щёлк! Чаша-раковина справа. Щёлк… туда же. И, как это иногда бывает, войдя в стабильный ритм, я невольно бормочу слова, укладывающиеся сами собой в строки.
Бусина вправо, бусина влево,
Бусина алая, бусина белая…
Стонут под пальцами, плачут, страдают,
Воспоминанья хранить не желают.
Слишком уж больно, слишком уж страшно
В душу чужую, раскрытую настежь,
Вторгнуться, вырвать, втянуть, утащить,
Чтобы в себе навсегда сохранить…
А бусины тут вот при чём. Таки нужно объяснить…
Не успела я прочувствовать всю глубину разочарования после объяснений Бастиана, как в небольшую гостиную, где мы обосновались с ним и Элизабет, стремительно вошла донна Фелиция, бабушкина компаньонка. Впрочем, у меня сложилось впечатление, что секретарём-референтом матриарха сию энергичную маленькую женщину не окрестили лишь потому, что данная должность в Гайе неизвестна. Либо же определение «компаньонка» имеет здесь совсем иной смысл, более… деловой, что ли. Помощница. Правая рука. Представитель. В её присутствии мы с Элли мгновенно почувствовали себя нашкодившими девчонками, а глава Чёрных рыцарей, кажется, изо всех сил боролся с желанием вытянуться по стойке «смирно». Изящно-аристократичная, затянутая в чёрное, не потерявшая с возрастом плавности и грации движений, донна Фелиция пригвоздила каждого из нас взглядом к полу, особое внимание уделив мне, и сообщила сухо:
– Дон Гальяро просил оставить его с больной наедине; он сообщит о результатах обследования, а заодно и о том, возможно ли перевезти нашу гостью в его госпиталь. Может статься, девушка не перенесёт дорогу; в таком случае придётся обратиться за помощью к вашему супругу, донна Иоанна. Дон Маркос ведь не откажется выстроить новый портал, напрямую из Эль Торреса в больницу?
– Разумеется, – немедленно отвечаю я. Ха! Попробовал бы он отказаться! – Труднее будет уговорить его удержаться от разборок. А то ведь сам ринется бить лицо этому… Хорхе.