– Не дави на нее, - требует Темный. – Ты и так, ведро необъяснимого влил в ее сознание, что уверен, мозг еще несколько дней все профильтровывать будет.

Согласен. Давить не стоит. Но и вестись на все подряд я не намерен.

– Расслабься, Романова, кушай, спокойно… - киваю на ее тарелку, с хитрой улыбкой. – Я удвою охрану в больнице, так уж и быть, пойду на компромисс… - постукиваю пальцами по деревянной поверхности стола, где, полюбившиеся синие глаза и залипают на несколько секунд. – Но… - стук прекращается. Глубокая до мурашек синева медленно в мой туман вливается. – С завтрашнего дня твой график изменится.

– Полагаю, сократится? – возмущенно идеальную бровь выгибает.

Какая догадливая у меня девочка… Спецом лыбу вытягиваю, потому как такое озвучивать с превеликим удовольствием хочется.

– Больше никаких ночных смен, - решительно заявляю, - Отныне работать будешь строго по будням с восьми до пяти.

Еще хочется добавить, что, помимо этого я частенько буду к ней на работу захаживать, но решаю промолчать, в душе и так победное ликование тешится, еле эмоции сдерживаю.

Рината заметно настораживается, сверля меня убийственным взглядом, и я был к этому готов. Злится неподдельно, но не комментирует. Вилку в руке сжимает. Голову опускает.

– И… - плечом ведет, прочищая горло, - И ты постоянно будешь рядом? – мучительно медленно глаза поднимает. Ух… Они точно на тон посинели.

– Не пугай ее! – снова вклинивается зверь.

– По возможности… - отвечаю доходчиво и в то же время неопределенно.

Плечики Романовой заметно расслабляются и остаток нашей занимательной трапезы проходит в молчании.

Рината

В мире, как оказалось, много всего таинственного… Ведьмы, гибриды, тигры, пумы, волки... Боже, зоопарк какой-то, не иначе. Цирк шапито на арене которой разумные звери за публикой приглядывают, а Темный их больной начальник, обладающий какими-то непонятными способностями…

Ох… Ну и на что он способен? Взглядом замучить может? Или… или убить им?

Господи, он пугает меня до дрожи… И ровно так-же притягивает.

Просто… несопоставимость полнейшая.

Как-же всю эту полученную информацию уложить так, чтобы с ума не сойти от переизбытка знаний?

Ума не приложу.

Он оборотень. Я его пара. И он, что самое опасное – пометить меня хочет и… и я, понятия не имею, что в последствии случиться.

Еще и условия мне свои ставит… Это просто возмутительно! Но, черт бы его побрал, я ведусь на них… ведусь, хотя в принципе, на это с детства не заточена…

Шок полнейший.

Будешь жить в моей квартире – хорошо. Никаких ночных смен – ладно. Буду везде сопровождать лично – я и тут кивнуть умудрилась.

Что со мной? Скажите?

Вот, стоит рядом со мной, весь такой красивый, в коридоре своей идеальной квартиры - улыбается, а мое деревянное сердце делает непозволительно ровный, на переплетённой веревочке из нервов кульбит.

– Твои вещи привезут сегодня вечером.

Летит мне в висок оповещение, совместно с его тяжелым дыханием.

Что?

Набираюсь смелости. Разворачиваюсь.

– Лишаешь меня возможности собрать вещи самостоятельно? – глаза в глаза. Возмущение на пике. – Там мое белье… Мои личные вещи… И к ним, будут притрагиваться посторонние мне люди?

Ярость так и закипает на кострище. Прям булькает оживлённо. Он не просто меня моей привычной жизни лишает – он по своим правилам жить заставляет.

– А если я пообещаю, что собственноручно упакую твои вещи… Успокоишься?

Замираю.

– Ты? – весь воздух неожиданно покидает мои легкие. – Мое белье соберешь? – волноваться начинаю. Краснею. Теряюсь неожиданно.

– Особенно, твое белье… - губу сексуально закусывает.

Боже, сердце двойным ударом пробивает. Все ухает вниз и мурашками заполняет.

Он будет держать в руках мои трусики… Он, божественное олицетворение порочного секса, привыкший видеть дорогое изящное белье, будет собирать мои… - в панику погружаюсь, - А у меня… у меня там все настолько скромно…

Так! В ступор мгновенный вхожу. Голову намеренно встряхиваю. А почему меня это волнует? Ну, там-же не бабушкины панталоны, в конце концов. И вообще, это чистой воды его провокация. Он же специально в краску вгоняет.

– Хорошо… - снова покоряюсь.

Пусть сам едет. А я тут, в одиночестве посижу, подумаю, как выпутаться из всей этой ситуации. А может книжку почитаю, в кой то веки… Я там, в гостиной, на полке видела несколько произведений интересных.

Переминаюсь с ноги на ногу, стоя у двери гостевой спальни, в которую планирую слинять, но не знаю как. Я же, гостья, как ни как.

– Рината, посмотри на маня! – вдруг просит Лев таким задушевным тоном, что не подчиниться не выходит. – Я чувствую, как тебе не просто… И понимаю, что всему нужно время, - говоря это, он хмурится. Облокачивается спиной на стену, сует руки в карманы.
– Поэтому не буду торопиться, пока ты не привыкнешь ко мне.