— Вставай, сынок. — Прозвучал знакомый голос. — Не время отчаиваться. Кому угодно, но только не тебе.

Бенедикт поднял глаза и, повинуясь воле руки, тянущей его вверх, поднялся на ноги.

— Продолжай работу, — мягким голосом говорил Генерал, смотря в карие глаза, — а с ними я справлюсь.

Он похлопал профессора по плечу и направился к выходу.

— Генерал. — Верманд, совершенно преобразившийся, уверенно смотрел на мониторы. — Я не хотел говорить об этом при всех. Взгляните на это.

На одном экране появился эрак без своего костюма. Такой же темный, с тем же золотистым отливом. На другом и этого не сразу мог понять военный, второй эрак, точно такой же как и сородич, но кожа его была намного светлее.

— Мне бы хотелось, чтобы пока только Вы знали об этом. — Верманд разглядывал монитор взглядом ученого пытающегося достучаться до истины. — Двое были нормальные. Такие же как в Бергене. Но этот… он другой.

— В чем его отличие? — Военный сразу уловил легкий шлейф скрытого смысла.

— Он слабее. — Верманд говорил тихим, хриплым голосом, но с каждым словом его речь усиливалась и становилась очень уверенной. — Его кожа тоньше и стала похожей на нашу, в ней появились клетки, по принципу работы схожие с нашими, а верхний, очень тонкий слой стал отмирать, один в один как у человека. Его органы меньше в размерах…

— А мозг? — Быстро спросил военный.

— Объем мозга остался прежним, но количество нейронов и извилин существенно сократилось. Он стал не таким ярким, как у других, что повлияло на развитие остальных органов. Края челюстей уплотнились, язык стал более гибким, пищеварительная система так же стала меняться.

— Это не следствие начального развития? Может быть это подросток?

— Исключено, сер. — Отозвался ассистент Профессора. — Мы все проверили, не младше остальных.

Генерал опустился в кресло, задумчиво смотря в пол.

— Что же это такое? — Пробормотал он, задумчиво приложив палец к губам.

— Возможно, способ борьбы с нашим врагом. — С той самой уверенностью на лице и огнем в глазах сказал Верманд и повернулся, отчего его силуэт четко вырисовывался в свете мониторов. — Оружие, дарованное нам, но без знаний по его использованию. Надежда на будущее, далекое, но реальное. Маленький шаг на пути к пониманию строения целой цивилизации. Новая ступень эволюции. — Он усмехнулся, бросив взгляд на светлого пришельца. — Но я скажу — деградация.

Влажный чернозем блестел в лучах белого света, отчего могло показаться, что ночное небо было под ногами. Тонкие пальчики с аккуратными ногтями заботливо достали ярко-зеленый саженец из небольшого металлического ящика, наполненного водой. Осторожно, опасаясь повредить, они разгладили светлые, полупрозрачные корешки и, с не меньшей осторожностью опустили в заранее приготовленную лунку. Бережно накрыли их почвой, плеснули немного воды, и было готово.

— У тебя здорово получается. — Заметила пожилая негритянка, сидящая рядом.

— Спасибо. — Мишель смущенно опустила глаза и взяла следующий саженец. — Когда-то прочла учебник по садоводству. Но все знакомо так, будто бы делала это всю жизнь.

Руки посадили будущее растение и потянулись за новым, а глаза мимолетно глянули на часы.

— Скоро разговор? — Спросила женщина, перехватив этот взгляд.

— Через два часа.

— А разве вы не можете говорить, когда захотите?

— Мы пока только в процессе освоения этой техники. — Мишель вытерла лоб, отчего на коже осталась серая полоса грязи. — Хотя даже сейчас мы не можем в это поверить.

— Это удивительно… Но, если посмотреть с другой стороны, — женщина очень понимающе улыбнулась и пожала плечами, — в этом нет ничего удивительного.

— Почему Вы так думаете, мадам Имани?

— Когда сердца тянутся друг к другу, если эта тяга чиста и взаимна, может случиться что угодно. Возьми мои слова на веру, ведь я пожила на этом свете достаточно долго и знаю, что когда чувство настоящее происходят чудеса.

— Тоже самое сказал его друг, когда уговаривал попробовать. А год спустя мы уже общаемся два раза в день так, как будто никогда и не расставались. — Мишель заерзала на месте. — Удивительно — год назад мы едва улавливали друг друга, а теперь говорим как по телефону. — Она улыбнулась. — Странное чувство, как будто Тед говорит внутри меня, я слышу его голос в своей голове как свои мысли. А он слышит мой в своей. Мы как…

— Одно целое. — Улыбнулась женщина. — Поверь мне, милая, все в этой жизни происходит неспроста и неслучайно. Любое маленькое происшествие это начало целой истории, целого потока событий.

— Да, ведь после нас нашлись еще, такие же люди.

— Но вы были первые. С вас все началось.

— Знаете, у меня такое чувство, что мы были первыми, кто заговорил об этом. Если бы не друг Теда, если бы он не настоял на проверке, наверно мы бы так ничего и не знали.

— Зато теперь, благодаря ему мы построили этот сад и разговариваем с другими убежищами.