Черт, я полный ноль в отношениях. Даже не знаю с чего начать общение с девушкой.

Город не радовал от слова совсем. Ужасный запах, много шума. Опять эти магазины с кучей непонятного товара и вечно спешащий народ. Даже у нас в столице в самые лучшие времена, что я застал, было тихо.

— Самые обычные давай, — Эванс показал на небольшие кнопочные телефоны, где поменьше цифр на ценнике.

— Вы пальцами-то своим нажать хоть на одну кнопку сможете?

На Анин ответ волк нахмурился и стал разглядывать свои руки, а потом телефон.

— Давайте самые обычные, но большие. Больше не значит, что дороже, — Аня позвала молодого парня и показала на большие, но не слишком дорогие телефоны, — Нам таких два, — а потом снова повернулась к нам, — Я вам расскажу, что такое интернет. Там можно найти множество информации, в том числе книги.

— Книги? В это маленькой штуке есть книги? — издевательски улыбнулся я.

— Есть и их очень много. И тише, Алларик, на тебя смотрят, — я обернулся. И правда смотрят, как на сумасшедшего.

Сидя в машине Аня нам добавляла номера телефонов наших знакомых. На всякий случай всех. Анабель была после Алексея.

— А можно сделать так, что бы Анабель была первая? — закусил губы, я внимательно смотрел в телефон и дал вид, что не замечаю, как парочка внимательно на меня смотрит и понимающе улыбается.

— Тогда я его тебе Лёшей запишу.

— Ага, — я покивал и снова отвернулся к окну.

— Что, не будешь смотреть как отправлять сообщения? — насмешливо спросила Аня.

— Я над тобой не издевался, — я вернулся в прежнее положение, просунув голову между передними сидениями.

— Прости, — волчица попыталась скрыть улыбку, получилось ужасно.

Вроде ничего сложного. Я открыл контакт Бель и решил написать сообщение.

«Это Алларик».

Да, ничего умнее в голову мне не пришло. Но так хотя бы у нее будет мой номер. А может она мне что-нибудь ответит и у нас завяжется диалог?

— Домой? — краем уха слышу, как волк спрашивает у Ани, а сам гипнотизирую экран телефона.

— М-м… Бель недалеко работает, сейчас как раз обед. Заедем?

— Давай, — кивнул Эванс.

Я перестал видеть сам телефон, зрение расфокусировалось. Мышцы напряглись, стали каменные. Обоняние обострилось, пытаясь унюхать родной запах. Слух улучшился, пытаясь найти нежный голос. Все автоматически, бесконтрольно.

Головой понимаю, что рядом ее нет и я ее не почувствую, а тело уже реагирует только на мысль о возможной встрече.

Убираю телефон и внимательно вглядываюсь в окно. Толком ничего не замечаю, просто ищу Анабель глазами, вдруг она вышла на обед куда-нибудь.

Аня паркуется у обычного пятиэтажного дома, где весь первый этаж занимает детская поликлиника.

Она могла бы работать в более престижном месте, где платят лучше. С ее способностями в этом мире ее возьмут в любое место. Но она выбрала детей, родители которых не могут позволить себе лечение в дорогостоящих клиниках.

В самой поликлинике почти тихо. Несколько мамочек укачивают своих детей и стоят в очереди в окошко, над которым написано «регистратура». Видимо, остались только экстренные. Кто-то в конце коридора плачет, выходя из кабинета. Пара детей спят в колясках и на специальных столиках.

Вот черт. Почему они такое маленькие?

Мои брови взлетели вверх. Неужели они рождаются такими? Или они такие только в этом мире? Почему эта женщина не трясется от страха, когда берет ребенка на руки? Бель их тоже трогает, берет на руки и осматривает? И как у нее только смелости хватает?

Я встал в ступор, смотря, как женщина одевает шапочку на маленькую головку, которую придерживает рукой. Мне аж поплохело. Голова у ребенка была меньше, чем мой кулак.

— Чего встал-то? — Хольд толкнул меня в плечо, — Детей никогда не видел?

— А ты видел? — огрызнулся я.

— Я принца нянчил, писать правильно учил, спать укладывал, что б его отец мог Ирму саму спать уложить. Больно принц буйный был, не давал матери покоя…

— Ты в последнее время много болтаешь, — перебил я его и пошел к Ане, которая ждала нас у кабинета.

«Педиатр. Участок 7. Барышева Анабель Михайловна. Медсестра…».

Я сглотнул вязкую слюну и вытер вспотевшие ладони о бедра.

На меня как будто навалилась вселенская усталость, ноги перестали слушаться, колени ослабли и я встал, как вкопанный. Опять какой-то сбой в организме, опять сердце мечется от волнения.