— А где наша елка? — спросила Нита.

— О, та искусственная, которая выглядела так, будто ее долгое время использовали вместо ершика? — вопрос вызвал новый взрыв смеха у девушек. — Эта жуткая вещь в мусорке.

Нита боролась с желанием отругать его. Да, старая елка представляла собой печальное зрелище, но она находила ее милой, по-своему особенной.

Хантер с гордостью осмотрел рождественскую елку.

— Эта мне больше нравится. Достойна короля. Подойди сюда и поцелуй меня.

Щеки Ниты вспыхнули, когда она подошла к нему и, обвив рукой его талию, поцеловала в губы.

— Тиран, как насчет того, чтобы добавить золотые украшения? Мне кажется, они неплохо бы смотрелись вместе с серебряным и зеленым, — спросила Тиша.

— Коробка вон там, — Хантер указал на диван, на котором стояло несколько коробок с неоткрытыми украшениями. — Но не вешайте на елку слишком много, их должно хватить на всю комнату.

— Ну, разве ты не мистер Рождество, — поддразнила его Нита, предлагая еще один поцелуй.

Он взял его и улыбнулся, крепче ее обнимая.

— Как давно ты проснулся?

— Я не ложился, — прошептал он.

Она отступила от него на шаг, когда девочки, оттолкнув ее в сторону, бросились к елке, чтобы повесить золотые украшения. Весь вечер Хантер был беспокойным. Когда она попыталась поговорить с ним об этом прошлой ночью, он отрицал, что что-то не так, но она знала лучше. Возможно, праздники принесли ему новую волну переживаний. Ной был похоронен не так давно, и, хотя Хантеру определенно нравилась его работа, она все-таки занимала определенное время, а он вдобавок ко всему начал готовиться к бою. В процессе подготовки он даже сократил количество сигарет, что в последнее время сделало его немного более нервным.

— Мои родители заглянут, чтобы оставить подарки для Тиши и Олив, — сказала Нита, направляясь на кухню, чтобы налить кофе, который он сварил.

— Я думал, мы должны были встретиться с ними сегодня вечером за ужином у них дома? Ты сказала, что там еще будут твоя любимая тетя и несколько кузенов.

— Да, все так. Моя сестра Наоми сказала, что не сможет приехать в этом году, но я надеюсь, что у нее все-таки получится вырваться до Нового года. Мои родители просто хотят зайти. Они любят дарить Тише подарки пораньше.

— Тогда позволь мне быстро принять душ и одеться, — сказал Хантер, на котором была футболка и шорты, а сверху накинут черный халат.

— Хорошо.

Вполуха слушая, как девушки болтают друг с другом, Нита зашла на кухню, и сразу же увидела свою тарелку, на которой лежали два французских тоста, яичница и три полоски бекона.

Этот мужчина меня балует…

Улыбнувшись, она взяла тарелку и начала есть, прислонившись к стойке и наслаждаясь мелодией «Fish Ain’t Bitin» Ламонта Дозье.

Сто лет не слышала эту песню! Боже мой!

Нита чувствовала себя замечательно…

У меня есть сексуальный, трудолюбивый мужчина, который каждый раз занимается со мной любовью так, будто это наш первый… Умная и веселая красавица-дочь… Ее верная и добрая подруга, стойко переживающая недавнюю потерю отца… Два замечательных родителя, научившие меня стойко выдерживать удары судьбы и никогда не гнушаться из-за моих ошибок, но напоминавшие, чтобы я отличала хорошее от плохого… Отец моего ребенка, в данный момент переживающий жизненные неурядицы, но активно участвующий в жизни нашей дочери. Он хороший отец, помогающий мне заботиться о нашем ребенке… Моя работа, чертовски напрягающая меня, но я только что получила прибавку к зарплате и рождественский бонус. И еще я собираюсь пойти на повышение, ради которого я закончила несколько онлайн-курсов. Жизнь хороша, чертовски хороша!

Продолжая улыбаться, Нита потерялась в своем собственном мире, и вырвалась из него только тогда, когда в дверь позвонили. Приехали ее родители. Открыв дверь, она обняла свою мать, в то время как Тиша схватила в объятия дедушку. Приняв родительские пальто и повесив их в шкафу в прихожей, Нита обнаружила, что Олив несет на столик мятный чай и рождественское сахарное печенье… в восемь утра.

— Олив, у нас есть кое-что для тебя! — сказала мама, вручая ей большую красную коробку.

— Большое спасибо! — поблагодарила ее Олив и положила коробку под елку к другим подаркам, которые они вскоре должны были открыть. Именно тогда Нита заметила там большую серебряную с золотым коробку с красным бантом, на карточке которой почерком Хантера было написано ее имя.

— Хантер здесь, бабушка. Ты можешь познакомиться с ним.

— Да? — мама огляделась. — Где же он?

— В душе, — ответила Олив и ушла на кухню.

Нита не упустила из виду, как губы ее матери поджались, когда та оглядела ее с ног до головы в стиле церковной проповеди «Ты-же-знаешь-что-ты-не-права». Вцепившись в свою сумочку, мама начала допрашивать Тишу о том, в какие колледжи та хочет поступить.

— Я хочу попробовать поступить в университет Эмори.

— О, это хорошее заведение, — сказал отец Ниты с широкой улыбкой. — Шон окончил ее, Джуди, — сказал он маме.