Я собираюсь сказать это: у меня рак и цирроз печени. Я плохо выгляжу, мои глаза желтоватые, я сильно похудел в основном из-за отсутствия аппетита и сильной рвоты. С моим телом происходят и другие вещи, но я не буду все это описывать — уверен, что суть ты уловила. Олив, папа умирает. Мне осталось жить недолго, поэтому сейчас я просто пытаюсь чувствовать себя спокойным.

Письмо дрожало в руке бедной девушки и Нита, притянув Олив к себе, поцеловала ее в макушку. Тиша вошла в комнату, подсела к ним, и они все трое крепко обнялись. Олив, смахнув слезы, продолжила читать вслух.

Я не был хорошим отцом. Этому нет оправдания. Ты любила меня несмотря ни на что, а я принимал это как должное. Хороший отец изо всех сил старался бы не попадать в тюрьму. Хороший отец научил бы тебя отличать хорошее от плохого, чтобы ты знала, как делать это в жизни. Теперь я узнал, что твоя мать исчезла. Я виню себя в этом. Возможно, если бы я больше поддерживал тебя, то она позвонила бы мне и сообщила, что у нее проблемы или ей нужна помощь. Мы с Холли разговаривали, но эти разговоры всегда были тяжелыми, принцесса. Она очень злилась на меня за то, что я больше не был с тобой рядом, а я говорил ей, что она обвиняет во всем всех, кроме себя. Мы оба были правы. Несмотря на это, я ничего не могу сделать, чтобы исправить свои ошибки прошлого.

Что я могу сделать, так это сказать тебе, как сильно папа тебя любит. Я совершенно ясно помню тот день, когда ты родилась. Ты появилась на свет с темными волосами. Я думал, что ты будешь похожа на меня. Когда ты стала немного старше, твои волосы становились светлее и светлее, пока ты не превратилась в блондинку. Ты стала красавицей, как и твоя мать. Я почувствовал связь с тобой, которая не поддавалась описанию. Это был день в моей жизни, когда, могу сказать, я был искренне счастлив. Я хочу, чтобы ты знала, что без меня ты тоже можешь быть счастлива.

Без мамы иногда будет трудно, но ты справишься. Я сильный человек. Как и твоя мать. Именно поэтому мы совершили ошибки. Возможно, это не имеет для тебя смысла, но нужно много мужества, держа все в себе и не жалуясь, делать все, что в твоих силах. Еще это разрывает твою душу. Мы не созданы для такой борьбы. По моему определению мужчина никогда не должен падать духом и переставать бороться, делая все необходимое, чтобы добыть деньги и выжить. Я не вижу ничего, что бы я делал неправильно. То, что привело меня в тюрьму, было частью моей жизни.

Я бы мог сказать правильные вещи на слушаньях по условно-досрочному освобождению, но в глубине души я чувствовал, что система несправедлива и порочна, так какого черта я должен играть честно? Теперь я вижу, что на самом деле ошибался. Не потому, что меня поймали, и не потому, что я болен. У меня было время в этой больнице, чтобы обо всем подумать.

В тюрьме ты так занят, пытаясь выбраться оттуда, что не можешь по-настоящему успокоиться и расслабиться. Как только ты это сделаешь, кто-нибудь испытает тебя, попытается навредить тебе или подставит тебя, поэтому тебе всегда нужно быть начеку. Когда ты умираешь, то все, что ты можешь сделать, это проанализировать свое прошлое. Я думал об этом снова и снова. Я думал о том, что должен был сделать по-другому, и даже если я не считал свои преступления неправильными, у меня был ребенок.

Олив отвернулась, сдерживая слезы, и Нита нежно погладила ее по спине. Всхлипнув, та продолжила читать.

У тебя должно быть достаточно мотивации, чтобы остановиться. Я был жаден. Я ошибался. Я не буду просить у тебя прощения… Нет, беру свои слова обратно — я хочу твоего прощения, Олив. Ты никогда не упрекала меня в недостаточном присутствии. В этом отношении ты напоминаешь мне меня, когда я был ребенком. Когда кто-то причинял мне боль, разбивал мне сердце, я просто держал это в себе. Выскажись, Олив. Ты должна, иначе, если будешь носить это в себе, оно станет пожирать тебя заживо, опустошая изнутри.

Что я могу сказать? Я облажался. Я хотел бы видеть, как ты заканчиваешь школу. Я хотел бы вести тебя по проходу церкви, когда ты будешь выходить замуж. Я хотел бы быть дедушкой. Ничего из этого не произойдет, потому что я пьяница. Я топил свои проблемы в алкоголе. Я мог не пить месяцами, а затем снова начинал. Я пытался завязать, но ненадолго. Мы употребляли спиртное даже в тюрьме, так что там я тоже не просыхал.

Алкоголизм убьет тебя. Это у нас семейное. В моей семье и в семье твоей матери, Олив, много алкоголиков, поэтому будь осторожна — говорят, это наследственное. Пожалуйста, не принимай никаких наркотиков. Пожалуйста, не связывайся с парнями, которые совершают ограбления, продают наркотики или совершают другие преступления, как твой отец. Если ты это сделаешь, то закончишь как твои родители. Я должен был быть с тобой каждый день, чтобы научить тебя этому. Говорить об этом в письме — отстой, но это все, что я могу сделать. Я не хочу, чтобы ты меня ненавидела, но если ты это сделаешь, я пойму.

Я передаю тебе это письмо через своего друга. Его зовут Хантер Вульф. Забавное имя, правда? Мы называем его Тираном. Я рассказывал тебе о нем, но, возможно, ты не помнишь. Тиран сделан из того же теста, что и я, Олив, но, несмотря на это, он мой хороший друг. Лучший. Он никогда не наносил мне удар в спину. Он лучше, чем брат. Я доверил ему свою семью. Я доверил ему поступить правильно и отдать моей малышке это письмо и подарок, который у меня есть для тебя. В любой день, когда ты будешь скучать по мне, достань это письмо и прочти его. Напомни себе, как сильно я тебя люблю, хотя никто не показал мне, как любить кого-то правильно. Я самоучка, поэтому так и не понял этой премудрости, но я пытался.