— Следи за языком, — приказал дядя Миша. — Кажется, мы с тобой говорили насчёт поведения.

— А я что, должна перед ней на цыпочках ходить? — спросила Стелла, переводя взгляд на отца.

— Проявить уважение для начала было бы неплохо, — ответил дядя Миша.

— Хм, — откидываясь на спинку кресла, произнесла Стелла и вновь посмотрела на меня. — А ты чего, в рот воды набрала, что ли, мышка?

— Для начала, здравствуй…

— А ты у нас воспитанная, да? То-то я смотрю, папочка мой всё не нарадуется племяннице.

— А вот хамить зачем? Ты меня не знаешь, как и я тебя, так зачем этот спектакль? Или это обычная твоя манера поведения?

Конечно, говорить такие слова было страшно, особенно своей сестре, да ещё и в присутствии её отца. Я боялась, как отреагирует дядя Миша на мои слова. Обидит ли это его? Однако он молчал.

— А ты остра на язык, — заметила Стелла.

— Видимо, у нас это семейное. Однако мне кажется, что мы не с того начали. Ты так не считаешь? — я дала явный намёк на то, что стоит отложить враждебность и язвительность и начать знакомство нормально. Я искренне не понимала, чем вызвано такое отношение.

— Не считаю, — твёрдо сказала Стелла.

— Стелла!

— Да что такое? Мы пришли сюда поужинать или для того, чтобы ты меня отчитывал?

— Гонор свой поубавь, пожалуйста.

— В этом вся я, папочка. Вот такая уродилась, и что поделать? Или ты хочешь, чтобы я была такой же паинькой, просто идеальной дочкой, как она?

После её слов до меня начала доходить причина, по которой она могла так себя вести.

— Ты забываешься.

Невооружённым взглядом было видно, как Стелла чуть ли не намеренно провоцировала своего отца, а он сдерживался изо всех сил.

— А-ха-ха!, — рассмеялась сестра, хотя мне сложно было поверить в то, что девушка передо мной может быть дочерью такого мужчины, как дядя Миша. — Что же ты, папочка? Теперь у тебя есть идеальная дочь, — она кивнула в мою сторону. — Так радуйся.

— Ты моя дочь.

— А, правда? Или мама, может, была права, что у тебя не одна дочь, а две? Не зря же ты так рьяно пытался получить опеку над ней.

— Стелла, а тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? — я начала говорить раньше, чем это сделал дядя. — Понимаю, что я для вашей семьи как снег на голову и за родню ты меня можешь не считать, если тебе угодно, но разве это даёт тебе право язвить и насмехаться, хамить?

— Тебе бы в институт благородных девиц, дорогуша…

— Прекращай! — вмешался дядя. — Какая муха тебя укусила?

— Я веду себя как обычно. Чего ты на меня взъелся?

— Мы с тобой не родные сёстры, так что можешь успокоиться, — попросила я.

— А с чего такая уверенность? — Стелла вскинула кровь.

— Анализ крови может многое рассказать.

— Стелла, давай мы всё же нормально поужинаем, в спокойной обстановке, а уже дома ты выскажешь мне всё, что думаешь?

— Ну конечно, лишь бы дорогая Алисочка ничего дурного не услышала. Нельзя её тревожить.

— Стелла!

— Поверь, — начала я, — удивить или задеть меня действительно сложно.

— А ты что, броню нарастить успела?

— Видимо, как и ты.

— Мне скучно, и у меня есть дела, — спустя какое-то время молчания заявила Стелла, после чего встала, собираясь уйти. — Приятно вам поужинать, — и она тут же ушла, оставив нас одних.

Да…. Не так я представляла своё знакомство с сестрой. Теперь мне стало понятно, что скрывалось за «недоговорками» Лизы и Марты.

— Алиса, прости за этот спектакль. Не так я представлял ваше знакомство, — сказал дядя, и я могла чувствовать в его голосе вселенскую усталость и какую-то обречённость, словно он потерял веру в то, что его дочь может измениться.

— В этом нет твоей вины, дядя, — осторожно ответила я. — Может, сегодня не сложились звёзды и повезёт в другой раз? — я всеми силами старалась упростить положение и наше отношение к нему.

— Ещё раз подвергать тебя подобной встрече я не намерен. Моя дочь…

— Не мне судить, но, может, она просто ревнует?

— Ревнует?

— Да, — я кивнула. — Она видит, как ты заботишься обо мне, как проводишь время со мной и так далее, а с…

— Алиса, просто я не рассказывал о том, как пытаюсь уже несколько лет заслужить её уважение и доверие, больше проводить времени со своей дочерью, но результата как не было, так и нет.

Я, честно, не знала, что на это сказать. Да и лезть в их отношения тоже не хотела. Отец и дочь сами могли разобраться. Но почему-то я ощутила укол совести, что именно я в какой-то степени могу быть причиной таких взаимоотношений между ними. Но я всё же приняла решение не лезть в чужой огород со своим самоваром: дядя взрослый мужчина, сам разберётся.

— Ужинать будем? Я такая голодная, — я перевела тему и заметила, как плечи дяди расслабились — видимо, он ждал подобного шага от меня.