— Я не собираюсь тебя бросать, но вчера ты сама дала мне ясно понять, что я тебе не нужен.

— Нужен. И я не соврала, что хочу за тебя замуж. Руслан не торопи меня с остальным… Дай мне время. Хотя бы до свадьбы. Руслан, мне очень плохо сейчас…

С Русланом как-то удалось договориться. Он больше не злился, напротив, воодушевившись, с еще большей заботой отнесся к бедовой своей невесте — если она действительно хочет быть с ним, он сделает все для ее покоя. И принуждать к интиму он не будет. Два года уже ждет — что ему какой-то месяц? Он отвез ее домой, уезжал с легким сердцем. Только Лике все так же паршиво — не нашла она в себе сил отпустить хорошего человека на все четыре стороны и не мучить его. Но она уверена: после свадьбы все наладится. Она сполна воздаст терпеливому парню — она станет хорошей женой Руслану. Женой, любовницей и матерью его детей.

***

— Ну и как прошло свидание?

Навстречу Лике вышла Арина. Настороженно, внимательно смотрела она на дочь…

— Все хорошо, мамуль, — вздохнула Лика, пряча от матери глаза. — Руслан хороший парень. Мам, я к себе пойду, ладно?

Тихий усталый голос выдал упрямую ложь. Вот только кому она лжет — матери или все-таки себе, выдавая желаемое за действительное?

— Все хорошо, мам, правда, — заверила Лика, спеша спрятаться за дверью своей спальни.

Все хорошо… Осталось только себя в этом убедить.

Уютный плюшевый мишка, родная мягкая постель, не знавшая посторонних… Лика, не раздеваясь, свернулась калачиком на кровати и обняла любимую игрушку. Опять хочется плакать. Хочется выплакать всю боль, вину перед Русланом, хочется выплакать Власова и больше никогда о нем не вспоминать, и она плачет, содрогаясь, почти в голос — только легче не становится.

Сегодня ночью она не смогла вытерпеть прикосновения Руслана. Думала ли она в тот момент о Сажинском? О том неизвестном, что лапал ее на снимках? Нет. Не в них дело, не в чужих руках на ее теле. И когда она целовалась с Максом, она не думала о чужих слюнях, как этой ночью, и хватка у Макса куда сильнее, больнее — но замечала ли она боль? Ей нравилась его сила, ей даже злость его нравилась. А доброго, ласкового Руслана она вытерпеть не смогла. Но она сможет — она свято верит в это. Ей просто нужно время. Ей просто нужно забыть человека, которому она не нужна.

Дверь приоткрылась. Лика едва успела вытереть слезы — мама, не церемонясь, подошла к ней и уселась на кровать.

— Лик, что у вас с Власовым случилось?

— Ничего.

Лика отвела от матери заплаканный взгляд, но разве Арину обманешь? Разве можно обмануть мать, кожей, сердцем чувствующей своего ребенка?

— Что. У вас. Случилось. С Власовым? — повторила Арина.

— Да при чем здесь Власов? Руслан сделал мне предложение — я согласилась. Хороший, достойный парень…

— Как же Максим?

— Что Максим? Меня с ним ничего не связывает.

— Мне показалось иначе.

— Тебе показалось. Мам, пожалуйста, не говори мне о нем. Тебе не нравится Руслан? Или ты предпочла бы, чтоб я вышла замуж за уголовника?

— Ну, как выяснилось, не такой уж он и уголовник.

— Это неважно.

— Зато для меня важно, что моя дочь сейчас льет слезы. Лик, расскажи мне все. Я же вижу, что-то случилось. Он обидел тебя?

— Мама, нет! — выкрикнула Лика и вдруг снова расплакалась. — Мам, ну не мучай меня, ну пожалуйста!

— Ну вот, опять ревешь…

Арина залезла с ногами на кровать, отобрала у дочери мишку, а саму Лику крепко-крепко обняла, баюкая в терпеливом ожидании, когда же та наплачется и, наконец, все расскажет.

Лика ревела долго и громко, но стало действительно легче. Через несколько минут она успокоилась и замерла на груди матери, лишь изредка всхлипывая.

— Нет ничего глупее, чем выходить замуж за нелюбимого человека, — тихо проговорила Арина, обнимая дочь.

— По-твоему, лучше страдать всю жизнь, любя того, кому не нужна?

Арина промолчала. Именно это она делала всю свою жизнь. За двадцать лет она так и не смогла подпустить к себе ни одного мужчину. Ради кого? Ради человека, выгнавшего ее из своей жизни. Может, Лика и права — не жизнь это.

— У вас с отцом хоть что-то было хорошее, — тихо проговорила Лика, разгадав мысли матери. — У тебя есть я. А у нас с Власовым что? Мы чужие. Я не смогла до него достучаться. Я же пыталась, я все делала… — Лика запнулась, а по щекам опять покатились горячие слезы. — Мам, он непробиваем. Все, что ему нужно было, это убедиться, что я такая же, как Каринка, что я продажная золотая девочка… Он подложил меня чужому человеку, чтоб только убедиться в своих подозрениях… Из-за него меня чуть не убили.

— Что значит «чуть не убили»? В каком смысле «подложил»? Лик, что случилось?!

— Мам, ты не волнуйся только, все обошлось, никто мне ничего не сделал, — понимая, что наговорила лишнего, Лика поспешила успокоить мать. — Власов проверить меня хотел — подослал человека, чтоб он затащил меня на кофе… И он затащил. Только не на кофе. Мне снотворное подсыпали, а Власов фотографии получил… Где я голая. С этим парнем. Только оказалось, что парень этот — друг Сажинского… Это Сажинский убил Карину. А когда понял, что я все знаю, стал угрожать, что убьет и меня. И знаешь, он убил бы. А перед этим изнасиловал бы. И все это с легкой руки Власова. И все только потому, что он мне не верит.