С разочарованным вздохом я сдула свои светлые кудри с лица. Я протянула продавцу свою дебетовую карту, скрестив пальцы и надеясь на лучшее. К счастью, она сработала, но была крайне близка к истощению. Теперь, когда семья исключила меня из своих семейных планов, все в моей жизни стало дороже.

Пока моя машина тряслась на морозе, я беспокоилась о том, как большой счет за ее ремонт скажется на моих финансах. Автомобиль отрубился, когда я въехала в подвал своего многоквартирного дома, и я разрыдалась. Именно это мне сейчас и нужно.

Я поставила машину в нейтральное положение, затем вышла, чтобы подтолкнуть. Если когда-нибудь и был момент, когда Робин мог появиться и помочь, то это он. Очевидно, то, что я рискую сойти с ума из-за разочарования от еще одного кошмарного дня вслед за другим, не считается.

Через двадцать мучительных минут мы со служащим загнали машину на стоянку, где ей предстоит оставаться, пока я не разберусь со своими финансами достаточно, чтобы ее починить. Стирая слезы с лица грязными руками, я громко шмыгнула, затем собрала свои скудные продукты и потащилась в лифт.

Когда я наконец вошла в свою квартиру, бросила бумажные пакеты с едой на стол и открыла холодильник. Последняя бутылка хорошего вина насмехалась надо мной. Я налила себе бокал и выпила его залпом, не останавливаясь, чтобы оценить выраженный вкус, когда оно скользнуло по моему горлу, охлаждая и согревая меня одновременно.

Пол затрясся под ногами. Вспыхнул свет. Жужжание тысячи насекомых эхом отдалось в моей крошечной квартире. Затем Астерион вышел из тени моей гостиной.

Богиня небесная, я не справлюсь с этим прямо сейчас.

Его золотистые глаза светились в ярком свете, а рога блестели, практически сверкали. Только огромная решимость удерживала меня не скользнуть взглядом вниз на точеную грудь и его… ну, поэтому я не сводила глаз с его лица.

Я приподняла бровь, глядя на него.

— Я не призывала тебя, монстр.

Он перевел взгляд с моих покрасневших глаз и грязного лица на продукты, лежащие на столе, и бокал в руке.

— Очевидно, призвала.

Я скривила губы в отчаянии. Как бы плохо я ни была подготовлена к встрече с Астерионом, это не его вина, что я продолжала его вызывать.

— Случайно, — сказала я.

Он подошел ко мне. Протянув руку, Астерион обхватил мою щеку и притянул меня ближе.

Я вывернула голову из его нежной хватки, его сочувствие снова вызвало у меня слезы.

— Мне жаль. Я не хотела тебя вызывать. Давай покончим с этим, чтобы ты мог пойти домой.

Он протянул руку и поймал мое запястье.

— Джессика, что случилось?

Я поморщилась, из глаз снова потекли слезы.

— Ничего. Семья. То же, что и всегда. Это не в силах исправить ни ты, ни я.

Астерион притянул меня к себе и заключил в крепкие объятия. Уперся своим подбородком в мою макушку и нежно гладил одной рукой по волосам, а второй по спине вверх и вниз. Я рыдала на его груди, позволяя всему стрессу и разочарованию последних нескольких недель выплеснуться в шквале эмоций.

Когда мои рыдания утихли, он продолжил растирать мне спину, успокаивая теплом своих ладоней. Я отстранилась, потрясенная влажным пятном, которое я оставила на его голой груди.

— Богиня, мне так жаль.

Я в суматохе нашла бумажное полотенце и убрала им беспорядок к удовольствию Астериона.

Его хриплый смешок согрел меня.

— Детка, честно, ты обычно устраиваешь гораздо больший беспорядок чем этот, когда я прихожу.

Пристыженная, я покраснела как помидор, пока обдумывала смысл его поддразниваний.

Я предложила ему бокал вина, и он принял, к моему удивлению.

— Ты уже поужинала? — спросил он.

Я указала на продукты.

— Как раз собиралась начать.

— Чем я могу помочь?

Я замерла, затем сделала судорожный вдох, и еще один. Робин и Астерион были яркими лучиками света в темноте последних ужасных нескольких недель, и я не готова расстаться с его утешительным присутствием.

Он нарезал овощи для быстрой обжарки, пока я разбирала продукты.

— Где Робин? — спросила я, поняв, что чего-то не хватает.

Астерион склонил голову на бок, его блестящие рога поблескивали, когда он двигался. Он нахмурился, от беспокойства на лице появились морщины, прежде чем проясниться.