Стоило посмотреть.

Если бы проверила, то тут же развернулась бы и направилась обратно к своему маленькому волшебному другу.

Но вместо этого я открыла дверь и впечаталась прямиком в твердую стену гладкой, рельефной, обнаженной груди соседа.

— Боже мой.

— Несомненно, — прорычал он, протискиваясь в квартиру и резко захлопнув дверь. — Что это за шоу, маленькая птичка?

Скрестив руки на груди, я застыла и не отступила, когда он подошел почти вплотную.

— Никакого шоу, просто, ну знаешь, немного развлекалась.

— Развлекалась? — Его тело вторглось в моё пространство, одна рука опустилась мне на бедро, а вторая обхватила моё запястье большой ладонью. — Завела нового друга?

Я покрылась пятьюдесятью оттенками красного, когда он вытащил маленький вибратор из моей потной руки. Даже не осознавала, что сжимала его так крепко. Но именно это Стоун и делал со мной. Он делал меня злой, как черт, взвинченной от раздражения, дикой от…

— Я могу заставить тебя кончить сильнее, чем когда-либо с этим маленьким ублюдком на батарейках.

Он отбросил вибратор на диван.

— Слушай, я не планировала выводить тебя из себя, но эти стены слишком тонкие…

— А то я не знаю, — промурлыкал он в изгиб моей шеи. Боже, что это ещё за горячее, влажное, чертовски потрясающее ощущение, тянущееся по моему телу? — Я не мог слушать ни секундой дольше сексуальные звуки, которые ты издавала.

Я вздрогнула, когда его рука скользнула по моему животу, кончики пальцев едва касались кожи, вызывая необузданные электрические разряды в моем теле.

— Посмотри, как эти сладкие сосочки торчат для меня, — прошептал он, обдавая тёплым дыханием чувствительные бугорки и заставляя их болезненно затвердеть и выделяться сквозь мою мягкую хлопковую майку.

Его рука скользнула за пояс моих шорт, и я тут же подумала, что нужно его остановить.

Почему, блин, я не останавливаю его?

Я выгнулась, пробегая рукой по его резко очерченным лопаткам. Его большой палец через бельё прикоснулся прямо к моему горячему клитору, над которым я отчаянно работала ранее, и мягкий вздох вырвался из моего рта.

— Вот так, птичка. Дай мне сейчас услышать эти сексуальные звуки.

Я сжала губы, мгновенно смутившись, но желание, скопившееся в животе, было слишком сильным, чтобы игнорировать его так долго.

— Нет, нет. Не будь тихой со мной теперь. — Его губы прижались к моему уху. — Ты хотела, чтобы я услышал твоё шоу, разве нет? Пой, птичка.

Его большой палец сильнее надавил на клитор, и затем одним быстрым движением он отодвинул мои хлопковые трусики в сторону и коснулся моей кожи.

Тёплые грубоватые пальцы встретились с горячей изнывающей влажной плотью.

— О Боже…

— И вот она снова здесь, — прошептал он, притягивая мою голову к себе и глотая тихие стоны, срывающиеся с моих губ. Его рука быстро двигалась между моих ног, а язык скользил меж моих губ, возбуждение накапливалось и увлажняло мои бедра. Другая его рука запуталась в моих кудрях, потянув за волосы, когда он прижался губами к моим так яростно, что я уже знала, утром они будут опухшими.

Свидетельство того, что он был здесь.

Я в тайне надеялась, что так и произойдет.

— Готов поспорить, эта маленькая киска на вкус даже лучше, чем на запах.

Его грязные откровенные слова обволакивали мои уши, заставляя напряжение раскручиваться и сотрясать каждый мускул в моем теле. Я выгнулась и покачнулась, оседлав мой оргазм на его ладони и кончив сильнее и быстрее, чем когда-либо.

Мои колени превратились в желе, а веки вдруг оказались слишком тяжелыми, чтобы держать глаза открытыми. Я вцепилась в плечи Стоуна, глубоко вдыхая воздух у его шеи. Его сексуальный, пряный, земной запах.

— О Боже.

— Мм… всегда пожалуйста.

Я слышала самодовольную нотку в его голосе. То, как изогнулись его губы, когда он посмотрел на меня сверху вниз, только подтвердило это.

Долбанный Стоун.

Сосед из ада с телом греческого бога и такими талантливыми пальцами, что мог бы сказать мне, что это он нарисовал Сикстинскую капеллу, и я бы поверила ему.

И как мне делить с ним стену, не думая о его руке в моих шортах?

— Стоун, мне нужно идти спать, я думаю…

— Понял, красотка. — Он поймал мой подбородок между большим и указательным пальцами, запечатлев голодный поцелуй на моих губах, прежде чем отступить. — Спокойной ночи.