— Я буду доставать кинжал, ты зажимаешь рану. Иначе убью ее.

— Боишься не сдержать жажду крови? — криво усмехнулся Аквилио.

— Ты сказок перечитал? — фыркнул. — Мы не пьем кровь. Мы забираем жизненные силы.

— Знаю, знаю… вы с Велом монстры…

Осторожно вытащил «теневик», а Аквилио крепко зажал тканью рану, пытаясь остановить кровь.

— Не помогает! Рана магическая! Она умрет! — взбесился он. Аквилио стукнул так сильно кулаком по стене, что я думал он её пробьет.

— Любишь ее? — тихо спросил.

— Аура мне как сестра. Она и Вел все что у меня есть. Они мне семья.

Я не знал этого. Думал, что маг влюблен. Аквилио рукой коснулся золотистых волос девушки и молча вышел.

— Не смей оставлять меня, Аура, — вздохнул.

На что рассчитывал? Что случится чудо и она восстанет? Откроет синие глаза?

Сел на кровать, взял её за руку и прошептал:

— Я буду любить тебя всегда. На краю земли, до конца своих дней… бесконечно. Ты создана для меня. Ты то, ради чего стоит жить. Бесстрашная моя… моя судьба.

Нагнулся и коснулся её губ. Надеясь навсегда запечатлеть вкус, запах и мягкость ее губ. Как только наши губы сомкнулись, почувствовал свет, который осветил темные уголки моей души.

Что это?

Коснулся еще в невинном поцелуе. И снова вспышка.

Что происходило?

Снова целую. Только как положено. Вложив всю любовь и страсть. Вспышка откинула меня от девушки, и я практически впечатался в стену. Над Аурой висел серебряный сгусток энергии. Богиня мне помоги! Да он пылал так, что я чувствовал этот свет всеми фибрами тела и души. Свет вибрировал. Бросился к Ауре. Кровь остановилась, пульс еле пробивался. Такое ощущение, что Аура спала. К н и г о е д . н е т

Закрыл глаза и улыбнулся. Никогда бы не подумал. А если бы мне рассказали, не поверил. Катализатором была любовь. Разве это не великая глупость? Любовь! Как тогда в ритуале с черным алмазом. Ее любовь и свет души стали моим проводником. Смел ли я мечтать, что она меня любила? И можно любить ли демона, который заключен в сущности любого мага крови?

— Что это? — спросила цена, кивнув на свет.

— Свет души, — ответил. — Большая редкость, когда он есть у человека. Обычно свет горит в сердцах магов… но даже ее цвет редкий…

Пока я думал, что мне делать дальше со светом. В комнату ворвались боги.

— Мы хотели попрощаться с Аурой, — загомонили они в один голос.

— Что это? — вскрикнула Карио.

— Ого, какой мощный свет, — сказал Дю.

Карио протянула руку к свету, и он потянулся за ней. Перехватил ее руку и отбросил.

— Не трожь. Ты убьешь Ауру. Свет затягивает рану.

— Тебе кажется, Юстин, — вмешался Дю. — Ни одна магия в мире не залечит раны «теневика». Она смертельна. Пока ее жизнь ещё теплится в теле, мы возьмем свет. Его хватит побороть Бору.

В комнату вбежали Вел и Гай. Аквилио тут же бросился к девушке и взял за руку.

— Нужно решать, — поторопил лев.

Дю был моим другом и соратником. Я доверял ему. Но…

— Если свет погаснет, девушка умрет, и мы проиграем. Разве ты не должен выполнить долг? — вновь начал Дю. Он знал куда нужно надавить. Ах, да. Долг. Я должен защитить будущего венценосца. Вдруг вспомнил, когда Аура ночевала в моей постели, сказал, что между честью и ею, выберу честь. Богиня помоги, какой я был слепой!

Боги потянулись к свету, но я тут же вынул «теневик».

— Не смейте! — крикнул я и наставил меч на друга.

— Нам нужен этот свет, — рявкнул волк.

Вел и Гай тут же подскочили ко мне, вынимая мечи. Боги сделали то же самое. Мы стояли друг напротив друга, практически вцепившись в глотку друг друга. Три мага на три забытых бога.

Свет тонко дзинькал и завибрировал. Он звал меня, я обернулся.

— Ей не нравится, — буркнул.

Мгновенно все опустили оружие. Боги отошли на несколько шагов.

Что она хотела?

Свет потянулся ко мне… и я отдернул руку. Боясь забрать его. Но я чувствовал, что ее свет вновь позвал. Протянул руку, он ласково коснулся ладони и начал делится. Один огонек отправился к Дю, другой к Эндо, третий к Карио. Боги касались божественного огня и чувствовали прилив особой силы.

— Дюб, а ты в курсе? — усмехнулся волк. — Что девчонка твоя праправнучка?

— Чего? — выпучил глаза лев.

— Братишка, ее свет серебряного цвета, — хихикнула Карио, наслаждаясь своей силой, — у магов и людей нет такого цвета. А ещё у нее чистая душа, которая никогда не убивала. Это гремучая смесь.