Всё было идеально, пока не зазвонил телефон Дани и я случайно не увидела имя на экране. Друг извинился, принял вызов и вышел из комнаты. Через минуту вернулся. Взгляд парня был задумчивым и обеспокоенным.

— Что случилось милый? — от Ани тоже не скрылись изменения в любимом

— У нашего друга проблемы. Мне нужно отъехать.

— Конечно, поезжай.

— Не скучайте девочки. И Лея, не надо паники, всё будет хорошо. — сказал он мне, заметив панику в моих глазах. Затем вновь вернул внимание Ане. — Люблю тебя котёнок.

— И я тебя.

Друг поспешно собрался и вышел из квартиры. А мы с Аней так и остались сидеть в гостиной.

— Дорогая, что происходит? Может ты объяснишь мне? А то мой молчит, как партизан.

— Если бы я сама знала — раздраженно ответила.

— Я переживаю за Алекса. И за тебя. За вас обоих. Не знаю, что происходит, но мне это не нравится.

— Я тоже переживаю за него. Самое обидно, что он молчит. Не объясняет ничего. Отталкивает и вместе с этим не отпускает. А у меня всё внутри разрывается от того, что ничем не могу помочь. Понимаешь?

— Ты любишь его? — вопрос подруги застал меня врасплох. Я себе то недавно в этом призналась, что уж говорит про других. Да и не привыкла я кричать на каждом углу о своих чувствах.

— Да — только и смогла ответит.

— Тогда всё будет хорошо.

— С чего ты это взяла?

— Потому что он тоже тебя любит.

Я удивлённо уставилась на подругу. С чего она это взяла? Да по Алексу вообще невозможно понять, что он чувствует. Постоянно маска безразличия на лице. Лишь глаза, иногда его выдают.

— Любит. По этому и старается отгородить тебя от всего. Защитить. Если бы ему было плавать, то сидел бы на месте ровно. А раз ваши чувства взаимны, то вы всё преодолеете.

Я не нашлась, что ответить. Просто подсела ближе и обняла подругу.

— Я буду скучать. — тихо сказала я.

— Я тоже дорогая. Я уже скучаю, хоть ты ещё и не улетела.

— У меня завтра финал, придёте с Даней посмотреть и поддержать вашу чокнутую подругу? — уже более весело проговорила я, стараясь уйти от грустной темы.

— Конечно же! — с восторгом ответила Аня. — Во сколько начало?

— Ну так, как будет закрытие сезона. Организаторы устраивают небольшую программу, потом гонки и потом… — играючи бровями протянула — Автопати! Начало сего действия в восемнадцать часов.

— Звучит ещё более заманчиво. — рассмеялась Аня.

— Так что, выходные обещают быть жаркими. Кстати, мне нужно будет, чтобы ты заехала на квартиру к Алексу и взяла мою одежду. Нужно же мне будет во что-то переодеться.

— Хорошо, без проблем. А что именно взять?

— Знаешь, — задумалась я на секунду, — а бери то, что захочешь. Я полностью доверяю твоему вкусу.

В этот момент глаза подруги загорелись огоньком. А я уже мыслено пыталась смериться, что это сто процентов будет платье и высоченные каблуки. Ну да ладно, можно же подругу порадовать. Да покрасоваться напоследок.

Ох, чувствую вечер завтра будет… незабываемый.

— … Пожалуйста, полетели вместе. Ты и я! — набатом звучало у меня в голове. А её молящий взгляд в этот момент, заставлял моё сердце сжаться. Такая маленькая, хрупкая, нежная. Но такая сильная духом и решительная. Кто бы знал, как я хотел крикнуть «да! давай улетим». Но я не мог. Чертов характер, который не позволяет мне бросить всё, послать к чертям и сбежать. Я должен уже наконец-то поставить точку. Чтобы жить спокойной жизнью, не боясь призраков прошлого. Чтобы смог забрать свою девочку, и быть вместе. По настоящему вместе.

Всю оставшуюся неделю я не писал и не звонил ей. Хотя, безумно хотелось. И хоть глазком увидеть её. Но я держался. Сейчас я все силы бросил на то, чтобы разобраться с «боссом».

Сан Саныч вызвался мне помочь. Конечно он в бешенстве, что этот урод вновь появился в моей жизни. Он давно знал Виктора Михайловича. Они когда вместе с ним начинали спортивную карьеру. Но оба получили травмы. Только вот Сан Саныч принял это с достоинством и полностью посвятил себя тренерству. Готовил ребят, делал из них чемпионов. И абсолютно легально. Без всякого криминала и грязи. В то время, как Виктор Михайлович, пошёл другим путём. И когда-то дружественные отношения между ними, сошли на нет.

В бокс меня привёл старший брат, когда мне было десять. Родителей мы потеряли рано и брат заменил мне их. Старался, как мог. Дать и воспитание и образование. Хотел, чтобы я выбрался в люди. Чтобы не прожил жизнь зря. И никогда не ввязывался в плохие истории. Он знал, что если хотяб носком наступить в грязь, она затянет тебя по горло и из неё уже не выбраться. И брат это знал прекрасно. Потому что варился во всем этом. И тому причиной был я. Мне было четырнадцать, а ему тогда только исполнилось восемнадцать, он заканчивал колледж. Когда мы узнали, что родители попали в аварию. Брату тогда пришлось совмещать учебу и две работы, чтобы прокормить нас. Я видел, как ему было тяжело. Как он изматывал себя. Но он категорически запретил помогать ему. Хотя я не раз пытался устроится на какую либо подработку. На что он каждый раз, запрещал мне. Говорил, что я обязан учится, получить достойное образование. Заниматься любимым делом. И я старался. Старался изо всех сил, чтобы брат мог гордится мной. Отличником я не был, но учился не плохо. После учебы шёл на тренировки. Там я выкладывался на полную. Мне нравилось то, чем я занимаюсь. Уже тогда я знал, что это будет моим делом. Что хочу выйти на другой уровень. Прокачивал себя максимально. Выигрывал городские соревнования. Сан Саныч тогда и заметил меня, позвал к себе. Ведь у него был не просто зал в подвальном помещении, а настоящий большой центр. Где тренировались сильные бойцы. Конечно заниматься там стоило не малых денег, но когда брат узнал куда меня пригласили сказал, что нужно цепляться за этот шанс. А финансовые вопросы он, как всегда берет на себя. Жизнь шла, я просвещала себя учебе и тренировкам. Брат поддерживал меня во всём и даже ездил со мной по городам на соревнования. Был горд за меня. А я единственное, что мог — это не огорчать его. Ведь он столько делал для меня.